Мальчик, который ел призраков стр. 28
он поглощал, Изабель специально тащила его на кладбища или в болота, где земля разбухала от смертей.
Изабель до сих пор считала, ей стоило сразу поговорить с братом, выяснить всё. Но смерть отца ошарашила, она волновалась за мать, да и дела в лавке пришлось решать.
Уже тогда работала Молли, она быстро ввела в курс дела и бо2льшую часть работы спокойно выполняла в то время сама. Мать сблизилась с бабушкой, но обе совершенно не могли наладить контакт с Генри. Он наглухо ото всех закрылся.
Тогда Изабель всерьёз забеспокоилась. Любой шок или последствия сотрясения уже должны были исчезнуть, но Генри, наоборот, глубже погружался в себя. Изабель водила его по врачам и следила, чтобы Генри пил прописываемые таблетки. Они менялись, но ничего не помогало. Приходилось брать другое снотворное, потому что оно переставало действовать или вызывало привыкание. Изабель боялась оставить брата одного, он мог по невнимательности навредить самому себе.
А ещё Изабель казалось, она вернётся, а брат совсем исчезнет. Она панически боялась потерять и его. Может, как раз в тот момент Изабель прониклась, насколько ей дорог брат.
Генри не столько не хотел говорить, сколько не мог. Словно ему больно от одних мыслей, без озвучивания слов.
Изабель не помнила имени одного из врачей, но это был сухой старичок. Он почему-то долго расспрашивал Изабель о ней и брате в детстве и внезапно сказал:
– Вы близки. Что вы больше всего любили делать вместе в детстве?
– Гулять, – не задумываясь, ответила Изабель. – На болотах.
– Так и займитесь этим.
Генри было всё равно, но Изабель не отчаивалась. День за днём они приезжали на болота и гуляли. Именно там Изабель поймала вёрткую чёрную змейку с оранжевым брюшком, а Генри наконец-то тускло улыбнулся, вздохнул и тихо сказал:
– Иззи, я не могу взять и… забыть.
Позже на болотах Генри сидел на поваленном стволе дерева, а Изабель устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Тогда она и спросила, решив начать с нейтрального:
– Почему ты поехал с отцом?
До этого Генри отмалчивался, но в тот день внезапно сказал:
– Я ощутил рядом с ним смерть. Она кралась по его следам. Но не за мной. Я подумал, если буду рядом с ним, то смерть обойдёт.
Он больше ничего не говорил, он той же ночью проснулся от кошмара и не мог уснуть. Снотворное уже не работало, он пришёл к Изабель и свернулся рядом на одеяле. Изабель мягко гладила его по волосам, и тогда-то Генри и рассказал ей всё, смог снова начать говорить.
– Я убил его, Иззи. Я убил его.
Он очнулся той ночью в больнице и ощутил, что смерть по-прежнему рядом с отцом. Тот был жив… но хотел умереть. Не желал оставаться таким и жаждал смерти.
Генри принёс ему смерть.
Поглотил остатки его жизненной силы, теплившиеся в теле, их оказалось не больше, чем у призрака.
– Я даже не знал, что могу так! И не знаю, пришёл бы он в себя. Никогда не узнаю. Потому что я убил его.
– Он ведь хотел этого. Ты сделал то, чего хотел он сам.
Как подозревала Изабель, вряд ли раненый и напичканный таблетками Генри в тот момент мыслил ясно. Он ощутил зов и просьбу, он последовал за ними