Библиотека

Мальчик, который ел призраков стр. 32

Размер шрифта
-
+
Тема

непринуждённо, мать рассказывала о библиотеке, где работала, и обществе садоводов, ставшем её хобби в последние годы. В какой-то степени Генри гордился матерью, тем, что она не застряла после смерти отца, а продолжила движение, пускай её увлечения были от него максимально далеки.

Мать выращивала в горшочках какие-то немыслимые растения, а два раза в неделю ходила на встречи таких же увлечённых садоводством. На этой неделе у них случилось событие, выходили орхидею из корешка, и она зацвела.

Правда, после этого разговор неуклонно сворачивал в русло, вызывавшее у Генри раздражение.

– В твои годы я уже встретила твоего отца, – вздохнула мать, доев салат и взяв вторую чашку кофе.

– Мне всего двадцать два.

– Достаточно, чтобы взяться за ум. Ты хотя бы работаешь?

Генри знал тысячу и один способ уклониться от «опасных» вопросов, не сказать толком ничего и направить разговор в другую сторону. Он не думал рассказывать о колдовстве, потому что мать этого не любила. О книгах говорить не возникало желания, это ведь «несерьёзное хобби». Поэтому она считала, что Генри ничем по жизни не занят.

Мать искренне беспокоилась. И выражала это так, как умела, и в том, что считала важным. Генри знал, она до сих пор спрашивает у Изабель, когда он не слышит, «как твой брат». Не секрет, о чём на самом деле вопрос: нет ли чего похожего на то, что творилось с ним пару лет назад?

Конечно, нет. Он больше не убивал отца.

– Генри?

Он моргнул. Мать внимательно смотрела на него и обращалась, кажется, не в первый раз.

– А? – Он попытался придать лицу беззаботное выражение. – Извини, мы вчера сидели допоздна, и я совершенно не выспался.

Мать поджала губы, она считала «гулянки» необходимым злом и не одобряла их. А говорить совсем правду Генри не хотелось. Он давно понял, что полуправда работает лучше.

Генри казалось, мать считала его безответственным. Он знал это. В какой-то степени сам же сознательно способствовал созданию образа. Он и сам не мог объяснить, что изначально сподвигло: наверное, своеобразный подростковый протест, когда ему казалось, что родители не хотят принимать его таким, какой он есть, сознательно игнорируют, что значительная часть его личности связана с магией.

К тому же сосредоточенность на безбашенности и легкомысленности не позволяла уж слишком долго смотреть в бездну в глубине самого себя. Генри справедливо полагал, что его глубина – это омут, в нём легко утонуть. И, судя по истории с отцом, он был прав. Тогда он выплыл с трудом.

К счастью, после второй чашки кофе мать засобиралась на работу, выдала ещё несколько неодобрительных высказываний, искренне обняла на прощание и ушла, снова на миг впустив духоту внешнего мира.

Генри какое-то время сидел за столиком, задумчиво смотря в окно. Люди торопились, спешили куда-то, начали появляться туристы с картами и смартфонами в руках – они смешно таращили глаза, поэтому не составляло труда их распознать.

Темнокожая девушка улыбнулась ему через стекло, но Генри почти не обратил внимания. Встреча с матерью прошла нормально, и всё равно было тошно, а может, завтрак потребовал слишком большой сосредоточенности, и Генри потратил энергию прилива жизненной силы цыплёнка.

Генри потёр виски, отчасти радуясь, что сейчас не надо натягивать улыбку и лавировать, как в разговоре с матерью, или собираться,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.