Мальчик, который ел призраков стр. 30
за это время успевает о многом подумать. Сегодня он решил заняться абсолютно бессмысленным делом и раскладывал птичьи пёрышки по цветам. Ему нравилось, как они щекотали пальцы, нравилось проводить по ним, а в голове тут же складывались правильные слова для ритуалов или историй.
Бабушка говорила, это в крови Генри. Он не учится, а вспоминает то, что и так знал.
На такие слова он только фыркал, но теперь, перебирая бабушкины книги, с удивлением осознавал, что она имела в виду. У него действительно было ощущение, что он не вычитывает ритуалы, а всего лишь узнаёт, какими словами их озвучить. В каком порядке выстроить.
Одним глотком Зак ополовинил кружку и посмотрел на Генри почти с любопытством:
– И что ты придумал?
Генри положил на стол правую руку, перевернул ладонью вверх. Провёл пальцами по запястью, очерчивая на бледной коже:
– Анкх. Египетский знак жизни и смерти.
– Тебе пойдёт, – кивнул Зак. Что бы это ни значило. Генри не понимал, как татуировка может «пойти». – Но ты же в курсе, что я буду делать не сейчас и в салоне? Или пусть лучше Айвори сделает.
– Ага.
– Так зачем было припираться с утра пораньше? Мог сообщение кинуть. Или ты наконец-то сожрал призрака и тебе некуда энергию девать?
– Нет. Я завтракаю с матерью, но приехал в город слишком рано.
Потому что не мог уснуть. Потому что не хотел, чтобы Изабель это поняла, и улизнул раньше, чем она встала. Всё равно она не собиралась в лавку, пока не проведёт ритуал.
Возможно, тот цыплёнок всё ещё работал как прилив. Хотя Генри хорошо ощущал, что это… поверхностное. Круги на воде, не затрагивающие глубину.
– Джейден в школе? – спросил Генри, переводя тему.
– Ага. Не стоило вчера допоздна сидеть. Он сегодня еле поднялся.
Зак обхватил кружку ладонями и вздохнул, всматриваясь в остатки кофе.
– Я плохой старший брат, да?
Генри не представлял, что говорить в таких случаях. Предпочитая рефлексировать в закрытой комнате, чтобы его собственные тёмные глубины никто не видел.
Поэтому попытался перевести в шутку:
– Откуда я знаю? Я младший, мне удобно.
Заметив полуулыбку Зака, Генри вздохнул:
– Джей вполне самостоятельный. Тебе не нужно его опекать.
– Но я его опекун. Отца здесь нет. Я отвечаю за Джея.
– Ты его старший брат. Чертовски хороший старший брат.
Зак улыбнулся и предложил уйти в комнату, где есть кондиционер. Там витал сладковатый аромат благовоний, тёмные стены разрисованы художествами Зака, а воронье чучело, которое давно окрестили Кевином, равнодушно пялилось бусинками глаз. Кто-то повесил на его клюв цветные бусы Марди Гра, наверняка Джейден.
Генри улёгся на диван, обхватив подушку, Зак взял планшет и тут же начал набрасывать будущий анкх, предлагая украсить его изображениями корней и свисающим мхом. Из колонок играла негромкая ритмичная музыка, и Генри сам не заметил, как задремал. Это не было сном в полном смысле, но он расслабился, и мир вокруг неторопливо плыл, омывал, пока Генри прикрыл глаза, смутно осознавая, что Зак молчит и что-то рисует.
Генри очнулся, едва Зак аккуратно тронул его за плечо:
– Ты завтракать будешь?
Генри встрепенулся:
– А, чёрт! Нет, мне пора бежать.
– Ты уснул, – сказал Зак, и в голосе его неожиданно послышалась печаль.
Генри удивился и приподнял брови.
– Когда у тебя настоящий прилив, ты не смог