Библиотека

Малой кровью стр. 45

Размер шрифта
-
+
Тема

А то она тут в поход уходила и еще собирается, так чтобы ей ничего важного не пропустить…

Возле кафе стоял ободранный пикапчик с удочками в кузове — очень старый и даже с выхлопной трубой, то есть мотор его честно работал на бензине. Пол-старший говорил, что это своего рода фрондерство или позерство — кому как больше нравится; переделать любую машину на электрическую тягу стоит столько же, сколько десять раз залить бак. Но многие предпочитают вот так безбожно тратиться, чтобы потом дымить в общий воздух, — потому что так положено. У самого Дэдди в сараюшке на заднем дворе (под огромным транспарантом «Забыть? Черта с два!») стоял самогонный аппарат, и время от времени, подмигнув Варе, он покупал килограммов десять-двадцать плодов опунции, начинал колдовать, из сараюшки шел гнусный запах — зато потом можно было продегустировать домашнюю текилу. Дальше дегустации дело обычно не шло… Но иметь самогонный аппарат тоже было положено.

Вообще на этом «положено» очень многое держалось, так казалось Юльке. Прежде всего — положено не опускать руки. И никогда, ни при каких обстоятельствах — не признавать поражения. Что бы ни случилось…

Это бросилось в глаза еще в школе. Согласно здешнему учебнику новейшей истории, США вовсе не распались на части в результате тяжелейшего экономического кризиса, который после имперского вторжения поразил все страны Земли и прежде всего те, которые держались на высоких и информационных технологиях: Америку, Японию, всю Западную Европу… Ни фига подобного: США были расформированы по решению ООН согласно какой-то там антимонопольной резолюции — и подчинились, естественно!.. Юлька специально проверила: и точно, была такая резолюция — за полтора месяца до вторжения. То есть её вносили обиженные страны, но она даже не голосовалась. Потом, естественно, все это забылось… а вот нетушки: вспомнили и предъявили. А что? После? После. Значит, вследствие. И никаких вам голодных бунтов, никаких погромов, никакой Народной армии… в общем, ничего того, о чем рассказывали Пол, Пол-папа и Варечка. И когда она спрашивала: а почему, собственно?.. — Сэр Муж и Мамми пожимали плечами, а Пол-старший ворчал: потому что правда всегда кому-нибудь неприятна, а этого допускать нельзя. И еще он говорил, что сейчас с этим как-то более или менее утряслось, а вот до развала — там было такое густопсовое и непробиваемое вранье, что Оруэлл наверняка извертелся в своем гробу…

Вот так вот. Согласно, значит, резолюции. А у Пола, между прочим, шесть ребер сломаны и беспокоят время от времени — перед дождем. А у Варечки осколком мины бедро пробило — так удачно, что если бы влево на сантиметр

или вправо на сантиметр, то осталась бы без ноги…

В кафе, обшитом изнутри неошкуренным горбылем, за массивным деревянным столом сидели двое: старик совершенно сибирского вида, борода веником, и лет тридцати женщина, круглолицая, полная, с ненормально большой грудью. На обоих были полотняные рубахи с вышивкой, шорты и светлые кожаные мокасины явно ручной и не очень умелой работы. Старик ел яичницу, женщина пила пиво.

Они не были похожи на тех, кто может преследовать или подкарауливать, но Юлька на всякий случай села подальше от них и так, чтобы видеть и их, и вход. Сумку с клюшками она положила на пол.

В конце концов,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.