Мамы-мафия стр. 144
предложил Макс.
– У герра Людвига дом, – сказала Лаура-Кристин. – Пианино стоит в гостиной на первом этаже.
– Ну вот, – сказала Анна. – Лаура-Кристин заходит и начинает заниматься музыкой, мы стоим снаружи у окна, он вытаскивает из штанов свою дубинку, мы фотографируем, Лаура-Кристин даёт ему пенделя, и мы все убегаем – готово!
Наши размышления прервал дверной звонок. Ронни привёл Яспера и Юлиуса.
– Уже восемь часов, и я подумал, что обоим пора потихоньку в кровать.
Лаура-Кристин испуганно подпрыгнула.
– Вот дерьмо! Если я не возвращусь домой до восьми часов, меня будут ругать!
– Ты можешь переночевать у меня, – предложила Нелли. – Правда, ужасно воняет краской, но мама говорит, что это неядовитые испарения.
– Нет никаких испарений, – возразила я.
– Лучше бы Лаура-Кристин ночевала дома, – заметила Труди. – Иначе мы всё усложним.
– Сначала тебе надо смыть кровь, – сказала Мими. – Пускай Нелли даст тебе свежую одежду.
– Я в неё не влезу, – возразила Лаура-Кристин.
– Влезешь, у меня есть парочка мешковатых вещей, – сказала Нелли, обаятельная и тактичная, как всегда. Они с Лаурой-Кристин отправились наверх, а мы начали искать в телефонной книге номер Йеремии Людвига.
– Кто-то из нас должен выдать себя за Фрауке, – сказала я. – Лучше всего ты, Мими.
– Я не могу, – ответила Мими. – У меня уже сердце бьётся у самого горла!
– Это нехорошо, – заметил Ронни. – Мими ни в коем случае не должна волноваться. Это плохо для ребёнка.
– Какого ребёнка – ох! – мы наперебой завизжали.
Ронни с Мими широко улыбнулись.
– Я вам хотела сказать во время бега, – сказала Мими. – Но тут выбежали обе старшие мамы, а я не хотела, чтобы они это знали.
Мы засыпали её поцелуями, объятьями и пожеланиями.
– Я надеюсь, что вы знаете, кого вы должны благодарить, – заявила Труди. – Ах, сейчас мне кажется глупым, что я единственный член мамы-мафии, кто не является матерью.
– Эй, – сказала я. – Как Луиза Прусская ты имела достаточно детей!
– Да, – добавила Анна. – И не забудь, что ты родила Людовика Четырнадцатого – разве это не считается?
– Вы смеётесь надо мной, – сказала Труди. – Но это ничего. Теперь назад к Лауре-Кристин.
Перед тем как снять трубку, я выпила глоток виски.
– Йеремия Людвиг, – сказал глубокий мужской голос. Я ожидала чего-нибудь более слащавого, елейного. Но как должен звучать голос педофила? В трубке слышалась заунывная скрипичная музыка.
– Добрый вечер, это Фрауке Вернер-Крёльманн, – сказала я. – Пожалуйста, извините, если я вам помешала, мой дорогой герр Людвиг.
– Вы не помешали, фрау Вернер-Крёльманн. Я как раз уютно устроился в гостиной и наслаждаюсь музыкой Малера.
К сожалению, парчовый телефон бабушки Вильмы не имел функции громкой связи. Поэтому все остальные столпились вокруг меня.
– Герр Людвиг, мне очень неловко, но я только сейчас узнала, что Лаура-Кристин уже два раза пропускала ваш урок, – сказала я, пытаясь звучать так же глупо, как обычно звучит Фрауке. – Вместо этого она бегала с подружкой в кино.
– Это объясняет, почему