Меч эльфов. Наследница трона стр. 104
исполняем свое предназначение. Тогда мы уходим в лунный свет. Очень редко случается, что у такого события есть свидетели.
— Но она еще жива?
— Этого я сказать тебе не могу. Может быть, не в том смысле, который мы в это вкладываем.
Люк не понял, что хотел сказать эльфийский рыцарь. Он ощупывал растоптанный снег. Отчетливо видел крошечные кристаллики льда. Все его чувства были предельно обострены. На губах он ощущал свежеющий северный ветер и многообразие запахов, окружавших монолит.
— Это несправедливо! — Он ударил кулаками по снегу. Холод пронизал его до костей. — Она ведь должна была получить новую руку. Что это за жестокие боги у вас? Почему они позволили девочке выжить в Вахан Калиде? Почему ей довелось вытерпеть столько боли только затем, чтобы здесь, в месте, где должны исполняться надежды и мечты, умереть? Это несправедливо!
— Люк, она не умерла. Не в том смысле, в каком понимаешь это ты.
— Брось свои эльфийские тонкости! Она ушла из жизни. Или же, может быть, я ошибаюсь?
Эльфийский рыцарь ничего не ответил.
— Ты должен был сказать мне, что это может случиться! Тогда я никогда не привез бы ее сюда!
— Ей было предназначено судьбой посетить это место. Или, может быть, ей было предназначено встретиться с тобой. Совершить вместе с тобой путешествие и снова обрести смех. Или просто сказать тебе эти два слова — «Лиувар Альвередар». Именно тебе, человеку, братья которого убили эльфов и сделали ее калекой. Она ушла в мире и гармонии. Мы живем в такие времена, когда эта милость дается не каждому.
— Не рассказывай мне, что цель всей жизни — это смерть, эльф!
Олловейн не позволил его обидному и обвиняющему тону вывести себя из равновесия.
— Скажи мне, в чем цель жизни, сын человеческий, если не смерть. Каждая жизнь заканчивается смертью.
— Она была слишком юна. Слишком…
— Мириэлль была юна. Но жизнь ее была стара. Она часто рождалась вновь. Я уверен, что ей
легче оттого, что судьба ее исполнилась.
Люк смотрел в не знающее возраста лицо эльфийского рыцаря. Может быть, он сумел бы поверить ему, если бы его глаза не были такими печальными. Они такие чужие, эти эльфы. Такие непохожие.
Посланник
У Луи было такое чувство, будто воротничок вот-вот задушит его. Он заказал себе воротничок по последней моде — с кружевами, которые лежали поверх черной кирасы его полулат. Новая рубашка пришла из Анисканса в тот же день, что и известие, тяжелое, словно винная бочка, в свитке, который он сейчас держал в правой руке.
Он уже понимал, что с момента своей неудачи во время битвы в лагере Железная Стража попал в немилость у своего маршала ордена. Хотя брат Эрилгар очень многословно описал, какая честь — принять здесь командование, Луи все понимал. Его с тем же успехом могли послать к палачу — это было бы одно и то же.
Капитан из ордена Древа Праха оглянулся на гавань. Его галеру охраняла почетная стража. Показная честь, вот что это такое! Пикинеры были приставлены для того, чтобы никто не сходил на берег.
Два молодых рыцаря провели его к старой крепостной башне, которая дала свое имя этой роскошной гавани Нового Рыцарства. Говорили, что рыцарь, который некогда нес здесь вахту,