Библиотека

Меч эльфов. Наследница трона стр. 53

Размер шрифта
-
+
Тема

и пропорции ее тела и тонкие черты лица. Она считалась самой прекрасной из апсар и выглядела как княгиня. Как ни противно было Аруне то, что предстояло юноше, противиться Ураваши она не могла. Улыбки княгини было достаточно для того, чтобы гнев Аруны растворился, как кровь козы в водах гавани, еще раньше, чем Аруна доставила сына человеческого в Башню Восковых Цветов.

— Расскажи мне о своих братьях и сестрах в нишах, — манящим голосом требовала она. — Об одноглазом и о человеке с палкой. И о других. Кто были другие?

— Был один, который всегда приносил с собой запах моря, — ответил голос спящего. Он говорил медленно, словно его язык с трудом подбирал слова. — Альварез де Альба! Его голос был мне хорошо знаком. Как часто он говорил со мной о ветрах и о море…

— Ты рассказывал мне о сестре Героне. Какие знаки на ее гербе?

— Башня, — ответил мальчик, — это знак ее звена. И Древо Крови как символ нашего ордена и тайны Братства. Над башней и Древом Крови изображен пороховой рог, потому что она — мастер стрельбы.

— Кто еще был в тени?

Аруна давно знала все имена. Их было семь. Более луны они не могли выманить у рыцаря больше ни единого имени. Юноша оказался хорошим наблюдателем. Несмотря на предосторожности братства, он разгадал всех. Даже Эмерелль не могла выпытать у него ничего во время допросов.

Апсара печально взглянула в бледное лицо. Они вырвали у него все его тайны. Аруна знала, каким верным сердцем наделила юношу природа. Она чувствовала, как оно бьется. Она была с ним единым целым. Она ела и пила вместо него. Убрала яд из его крови, ставшей ее кровью. Он ни за что не выдал бы эти имена добровольно. Даже если бы у него вырывали пальцы раскаленными щипцами. Но что мог противопоставить спящий Ураваши и Эмерелль? Он уже не был хозяином своей воли. И он не должен был знать о предательстве, которое совершил.

Милость ли это — оставить его в уверенности, что сердцем он чист? Часто Аруне хотелось, чтобы он умер в гавани вместе со своими товарищами, был разорван чудовищами морскими, которых они сами приманили к Вахан Калиду кровавыми злодеяниями. Этого было бы довольно. Но такое…

— Что ему снится, Аруна?

Голос проник сквозь туман над водой. Он ласкал слух, заставляя язык повиноваться, подобно тому как запах мускуса ласкал обоняние, пробуждая иные, глубинные желания.

— Ему снится его любимая, которую отняли у него в день свадьбы. Она снится ему почти постоянно. Круглую комнату в его снах я никогда не видела.

— Романтичная душа, — усмехнулась Ураваши. Затем голос ее стал резким. — Ты забыла, что они сделали?

— Нет. Он должен был умереть, так же как и его спутники. Он ослеплен. Он заслужил смерть. Но он не предатель. Не нужно заставлять его жить с этим позором. Пожалуйста, забери его от меня.

— Королева хочет, чтобы он жил! Забирай его снова с собой, на дно. И слушай его сны. Эмерелль хочет быть совершенно уверена в том, что их всего семь.

Ураваши улыбнулась апсаре, и Аруна повиновалась. Она оставила на губах юноши мимолетный поцелуй, охотно даря ему возможность дышать под водой, как и она. Апсара нырнула

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.