Библиотека

Меч полководца стр. 42

Размер шрифта
-
+
Тема

вцепилась в передок саней. Видно, не удержала рысака, и он понес. С улицы мигом смыло всех: и конных и пеших. Только вдали, ничего не замечая, ничего не слыша, возились в снегу ребятишки. Рысак летел прямо на них.

Какой-то человек бросился наперерез, схватил рысака под уздцы, повис всем телом. Рысак поволок его по снегу, потом остановился, тяжело поводя боками.

Сбежались люди, обступили храбреца. Раздвинув толпу, протиснулся пристав.

— Господин Василенко, — басом отчеканил он. — Ваш поступок. Заслуживает. Одобрения. И награды.

— Такие похвалы! Право, я смущен, — отвечал Василенко, отряхиваясь от снега.

В тот же день приставу на зеленое сукно стола положили запрос: кто такой Василенко, каков его образ мыслей и поведение? Пристав, не раздумывая, полез в ящик, где у него были резиновые штемпели с ответами, достал тот, который был ему нужен, и оттиснул на бумаге: «Поведения хорошего».

Василенко вызвали в Иркутск — пришло время ему идти на военную службу. Но вскоре в Чите стало известно, что Василенко скрылся от призыва. Все недоумевали. Такой храбрый молодой человек! Неужели испугался отправки на фронт?

А случилось с Василенко вот что. В Иркутске он получил от Сони телеграмму: «Был гостях Охранкин жди письма».

Письма Михаил Васильевич дожидаться не стал. И так все ясно. Видно, зря он надеялся, что за Василенко вовсе нет слежки. Даже с Соней не условился, какими словами сообщать об опасности. Вот и пришлось ей заняться самодельной конспирацией… Милая Соня! Выросла здесь, в Сибири. И отец и мать — политические ссыльные. У Сони в семье привыкли, что надо кому-то срочно добыть документы, отдать всю теплую одежду, кого-то немедленно спрятать или собрать в дальнюю дорогу. Хорошо, когда есть такой друг, как Соня… Придумала Охранкина. Да хватило бы Цапкина или Гадючкина, чтобы догадаться.

…Поздно вечером Соня услышала осторожный стук в окно.

— Михаил Васильевич! Зачем вы вернулись? Я же написала. У вас в комнате был обыск, вас хотят арестовать.

— Я приехал попрощаться…

На другой день близкая подруга Сони в костюме сестры милосердия подсаживала в вагон поезда больного, закутанного в шубу. Всю дорогу больной пролежал лицом к стене.

До Москвы Михаил Васильевич добрался благополучно. Здесь его встретил давний друг, студент Павел Батурин, который жил, как домашний учитель, в семье богатого купца. Квартира в купеческом доме! Что может быть надежней…

Фрунзе смело расхаживал по Москве. Батурин помог ему разыскать сестру Клашу. Они встретились на бульваре, и Клаша все время оглядывалась по сторонам в тревоге за брата. А он как ни в чем не бывало пошел ее провожать, подсадил в трамвай и сам вскочил следом. И вдруг на следующей остановке в вагон вошли полицейские. Клаша обмерла. А брат галантно взял ее под руку, повел к выходу, сердито бросив одному из полицейских:

— Посторонись-ка, любезный. Видишь, дама…

Клаша опомнилась, когда трамвай уже укатил за дюжину поворотов:

— Боже, какой ты легкомысленный!

Это восклицание напомнило ему о Соне. Наверное, она волнуется за него, а он все еще никаких вестей подать не может. Да и знает ли он сам, где будет завтра, куда и с каким заданием пошлет его партия. Если бы на фронт… Нет, как только что-нибудь определится, надо непременно, сразу же сообщить Соне.

Меж тем

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.