Библиотека

Межпланетные истории стр. 328

Размер шрифта
-
+
Тема

место для посадки.

Она бросила на меня испепеляющий взгляд, но ничего не сказала. Однако у меня из-за спины неожиданно послышался чей-то голос:

– Левее! То, что нам нужно, – левее. Оно… там легче сесть.

Гогрол! Ничего себе!

– Выйдите из рубки! – рявкнул я.

Он пробормотал что-то и вышел. Но я засомневался. «Легче приземлиться» – это был полный бред, но долина выглядела чертовски знакомой! На самом деле я вовсе не был уверен, но вроде бы Гогрол указал на долину Гандерсона.

Клер нервно закусила губу. «Минос» уже начал наклоняться под неопытной рукой девушки. Хотя это не было опасно, пока нас отделяло от планеты еще десять или двенадцать миль, но ее поверхность упорно приближалась.

– Осторожнее, мэм! – посоветовал я. – Здесь нет атмосферы, в которой так удобно гасить лишнюю скорость.

Внезапно она завизжала:

– Так возьмите! Возьмите!

И сунула рычаг мне в руки. А потом отпрянула и сжалась в комок, безутешно рыдая, а ее золотые волосы рассыпались по лицу.

Я взял на себя управление, выбора у меня не было. Я выровнял «Минос», а затем начал опускаться на вспомогательных двигателях. Это было нетрудно: при низкой силе тяжести на Европе ускорение свободного падения также было ниже привычного, и у меня оставалась уйма времени для маневров.

Я начал понимать, как позорно мало знала Золотая Вспышка об управлении ракетой, и, вопреки самому себе, почувствовал к ней сильную жалость. Но зачем ее жалеть? Каждому известно, что Клер Эйвори – попросту богатая сорвиголова, испорченная деньгами и репортерами-подхалимами. Чтобы всеми презираемый Джек Сэндз ее жалел? Вот смеху-то!

Нижние двигатели нагрелись и брызнули пламенем, превращая бурую поверхность долины в черную золу, смешанную с огнем. Теперь я опускался очень медленно, потому что ничего не было видно внизу, кроме огненной поверхности взрывной волны, и я следил за показателем горизонта, словно от этого зависела моя жизнь – впрочем, так оно и было.

Я знал, что разбрызгивание огня начинается в такой плотности

воздуха на высоте четырехсот футов, но дальше возможны были только догадки. А нам следовало приземлиться достаточно медленно, чтобы не повредить корму. И, раз уж я об этом упоминаю, мы сели очень мягко. Я даже не думаю, что Клер Эйвори это почувствовала, пока я не отключил двигатели.

Она смахнула слезы рукавом и с вызовом взглянула на меня, но, прежде чем успела заговорить, Хэншоу открыл дверь и похвалил:

– Отличная посадка, мисс Эйвори!

Клер встала. Она вся дрожала, и я думаю, что при земном притяжении она бы упала назад, в пилотское кресло, потому что я видел, как трясутся ее колени.

– Посадила не я, – созналась она хмуро. – Это мистер Сэндз опустил нас на поверхность.

И тут моя жалость достигла высшей точки.

– Но ведь это не моя вахта, – напомнил я. – Смотрите! – хронометр показывал три минуты до начала моего дежурства. – Мисс Эйвори выполнила всю тяжелую работу…

Но она уже ушла.

* * *

Жизнь на Европе началась буднично. Понемногу мы понизили атмосферное давление в «Миносе», чтобы согласовать его со внешним. Сначала с Коретти, а потом с Клер Эйвори случились приступы высотной болезни, но на исходе двадцатого часа все мы достаточно акклиматизировались.

Мы с Хэншоу первыми отважились выйти на поверхность планеты. Я тщательно изучил долину, но все

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.