Множественные ушибы стр. 130
нащупал мобильник — хотел вызвать «скорую». Понимал, что толку Жюлю от нее никакого, но сработал условный рефлекс добропорядочного гражданина, и я действовал автоматически. К тому же больше ничего не пришло в голову.
Однако мобильник оказался разбит: экран треснул, и корпус грозил развалиться в руках. Я поехал дальше, намереваясь остановиться у первой телефонной будки. Но ни одной не встретил. Внезапно хлынул ливень, лишая внешний мир реальных очертаний. Я включил стеклоочистители. Возникло ощущение, будто меня не отпускает из своей ловушки кошмар. Но постепенно мозг заработал, и вскоре я обрел способность ясно мыслить. По крайней мере тогда мне так казалось.
Когда я остановился у своего дома, дождь еще не кончился, но небо уже озарили первые лучи летнего рассвета. С лихорадочной поспешностью я переступил порог квартиры. Меня трясло, все тело болело, но оставаться здесь я не мог. Ленни знал, кто я такой, поэтому лишь вопрос времени, когда либо он, либо его дружки найдут меня. Я не мог даже сдаться полиции — сомневался, что в тюрьме буду в безопасности.
Я запихал в рюкзак одежду и все деньги, которые нашлись в доме, только в самый последний момент вспомнив про паспорт. Обвел взглядом маленькую квартирку со старыми фильмами на полках и афишами в рамах. Глаза остановились на редкой репродукции из «Мужских разборок» и постере кинофильма Роже Вадима «И Бог создал женщину» с чувственной красоткой Бриджит Бардо. В свое время эти покупки меня чуть не обанкротили, но теперь не казались важными.
Я закрыл дверь и поспешил туда, где оставил автомобиль Жюля — дорогую, ухоженную «Ауди». Человеку вроде меня вряд ли могла принадлежать подобная машина. Но меня подстегивало желание смыться подальше, и оно перевесило все другие соображения.
Куда ехать — такого вопроса для меня никогда не существовало.
Я швырнул рюкзак в багажник, направился к водительской дверце, но остановился. Мне очень не хотелось смотреть на то, что творилось с другой стороны, но без этого я не мог тронуться. Убедившись, что улица пуста, обошел машину. На крыле была вмятина и поцарапана черная краска, однако все не так страшно, чтобы привлечь внимание. А кровь, если она там была, смыл дождь.
В ранний час без пробок я быстро добрался до пристани паромной переправы в Дувре. Нервное напряжение спадало, и наступила реакция: от выпитого накануне разболелась голова, тело после драки ныло. Все казалось нереальным. И лишь когда билет на паром уже был у меня в руках, я сообразил, что регистрационный номер «Ауди» — улика против меня. Надо было избавиться от машины и плыть пешим пассажиром.
Но за мной не гнались, и полицейские сирены не выли. Я завел автомобиль мертвеца в просторное железное нутро парома и, поднявшись на палубу, смотрел, как медленно тают вдали Белые скалы Дувра.
А еще через несколько часов голосовал под жарким солнцем на пыльной французской дороге.
ГЛАВА 19
Собрать вещи не заняло много времени. Одежда и все остальные пожитки скоро оказались в рюкзаке. Сборы можно было отложить до утра. Но этот акт был для меня чем-то вроде утверждения намерений — на сей раз я не собирался переносить отъезд, нервничал, думая о приходе Матильды.
Когда рюкзак был собран, у меня не осталось