Множественные ушибы стр. 88
солнце заставляет вибрировать воздух. Зной давил и иссушал энергию и волю. Я глядел через вход в амбар, сидя на кромке цемента и привалившись спиной к старому винному чану. Здесь было намного прохладнее, чем на чердаке. Обед так и стоял на ступеньке, где я его оставил, когда полез на чердак прятать пакет. Вернее, стояла тарелка, а все остальное нашла Лулу и съела. Но я был не голоден. Спаниель, переваривая мой обед и наслаждаясь тенью, развалился рядом. Надо было возвращаться к работе, но я больше не видел в этом смысла. События утра опустошили меня. Визит жандармов выбил из колеи даже сильнее, чем инцидент на площади. Тогда по крайней мере я имел возможность укрыться на ферме и за запертыми воротами почувствовать себя в безопасности. Теперь внешний мир настиг меня и здесь, напомнив, что любая надежда на убежище не более чем утопия. Я не мог прятаться у Арно до бесконечности.
Вопрос стоял так: куда податься?
Глядя из амбара, словно из кокона, на залитый солнцем виноградник, я машинально расковыривал щель в цементном полу. Край легко отваливался. Было что-то завораживающее в том, как, напоминая песок на пляже, сыпались между пальцев крошки. В растворе недостаточно цемента, машинально отметил я. Щель уже до этого стала больше, потому что я наступал на нее, когда шел к лестнице. В самом широком месте она достигала дюйма, и, когда я провел вдоль нее пальцами, что-то зашуршало.
Двигаться мне не хотелось. Я повернул голову, но в полумраке амбара ничего не разглядел, хотя на ощупь было похоже на кусок ткани. Может, попало вместе с цементом? Еще один пример выдающихся строительных способностей этого Луи. Я дернул за кончик, но он был слишком мал, чтобы как следует ухватиться. Потеряв интерес, я стряхнул землю с рук и забыл о ткани в щели. Большое помещение пропиталось острым запахом старой древесины и винного уксуса. Не предполагал, что после случившегося почувствую себя настолько разбитым, но жара и нервное потрясение — могучее сочетание, и оно сделало свое дело. Привалившись головой к грубой поверхности чана, я смотрел на день за порогом — на этот светлый прямоугольник в темноте…
Что-то ударило меня по ноге, и на мгновение я испугался, что опять угодил в капкан. А когда с меня слетели последние остатки сна, смутно различил наклонившуюся надо мной фигуру.
— Что такое?
Я увидел перед собой Арно. Он холодно уставился на меня, готовый снова пнуть ногой. Лулу отчаянно виляла хвостом, умудряясь выглядеть испуганной и виноватой одновременно.
— Чем занимаешься? — спросил он.
Я протер глаза и окончательно проснулся.
— У меня обеденный перерыв.
— Пятый час.
Я посмотрел поверх его плеча: свет во дворе стал другим. Поднявшаяся вверх дымка подернула небо белым муслином, превратив солнечный диск в бесформенное сияние.
— Не беспокойтесь, все наверстаю, — произнес я.
Я думал, Арно сделает какое-нибудь едкое замечание, но он как будто даже не слушал. Зато его лицо было озабоченным.
— Матильда сказала, жандармы говорили с тобой.
— Один из них.
— О чем?
— Спрашивал, что случилось вечером.
— Что ты ему наболтал?
— Сказал, что было темно и я ничего не видел.
Арно внимательно посмотрел на меня, стараясь определить, говорю я правду или лгу.
— Это все, что он хотел