Библиотека

Мой старый дом стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

сердца? Я ведь вот вас никого не вычёркивал?

Файзула остановился и впервые за всё время посмотрел на меня.

— Потому что мы чужая лодка не угоняли и весло не пускали по течению.

— Постой, а разве я чужую лодку гнал?

— Гнал.

— Где?

— А вот там, на Невке.

— И весло пускал по течению?

— Пускал. Прямо Балтийское море. Разве это хорошо?

Я дико захохотал. Я иногда хохочу очень дико. Это на многих действует. Особенно на учителя математики Закавыку. Он даже портфель один раз уронил, когда я дико захохотал.

Файзула тоже чуть метёлку не выронил.

Я говорю:

— Файзула, это сущие выдумки!

Файзула рассердился:

— Зачем говоришь — сучие? Не надо говорить — сучие! Мне ЖЭК говорил! Мария Михайловна говорил. На тебя хозяин писал!

— Какой ещё, — спрашиваю, — хозяин?

— Лодка хозяин! Какой хозяин. Сам знаешь, какой хозяин, — директор лодочной станции!

— Не знаю я никакого хозяина. И лодки не брал. И вёсла по течению не пускал, всё это су… всё это выдумки, Файзула!

— Пойди ЖЭК доказывай! Мария Михайловна доказывай. Файзула тебе не уважает. Зачем чужая лодка понадобилась? Что, не мог к Файзуле прийти и сказать: «Файзула, покатай меня на лодке». Я на лодочной станции летом лодку брал?

— Брал.

— Вас катал?

— Катал.

А он тогда здорово нас покатал! И по мороженому всем купил. Это у Файзулы был день рождения.

— Ай, как нехорошо делал: человек ушёл туалет искать, а ты лодку брал. Себе пятно поставил. Мне показатель портил. Зачем портил мне показатель?

— Да не портил я, Файзула!

1715706209_66439961e8269.webp

Он снова пошёл, а я побежал рядом с ним.

— Туалет какой-то… Не знаю я никакого туалета…

— Ай, как нехорошо напоследок делал, — повторял Файзула. — Зачем не дал свой новый адрес? Человека запутывал. ЖЭК запутывал. Файзула запутывал. Ай, совсем плохо!..

Ничего ты ему не докажешь. Я и отстал.

Чёрные дырочки

Я вошёл в свою парадную и увидел почтовый ящик. Письма не было, это я понял с порога. Когда есть письмо, дырочки светлые, а когда нет — тёмные. Дырочки были не только что тёмные, а прямо чёрные. Я даже подумал: может, чёрное письмо от него пришло? И пошарил в ящике рукой. Но письма не было, а одни только дырочки. Ерунда, конечно, чёрных конвертов не бывает.

Когда мы переезжали неделю назад, батя был ещё в командировке. Он как летом уехал, так ещё и не возвращался. Я ему писал, но их ведь перебрасывают с места на место, так что он, может, ещё ничего и не знает и пишет по старому адресу, пишет… А вот чего-то не пишет.

Мне новый дом, может, потому и не нравится, что бати в нём нет.

Я вернулся на задний двор и лёг на свой диван. Я стал думать, что же мне теперь делать. Сначала я хотел пойти в ЖЭК и всё объяснить. Мария Михайловна поймёт, что вышло недоразумение. Но одному идти было всё-таки боязно. И я решил подождать Михеева с Суминым. Ведь если я дам честное пионерское слово, мне поверят. Файзула всегда говорит: «Скажи честное пионерское». Надо было мне ему сразу сказать, а не смеяться дико. Но я скажу после. А Михеев за меня поручается. За меня кто хочешь поручается, кроме Тентелева. Тентелев

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.