Молилась ли ты на ночь? стр. 121
к подъезду и должна была вот-вот пересечь роковую черту, проложенную черной кошкой.
– Ты с ума сошла? – торопливо зашептал мой внутренний голос. – У тебя совесть есть? Посмотри на бабусю, ее соплей прибить можно, она злого кошачьего проклятия не переживет! Останови ее!
– Бабушка! – усовестившись, позвала я. – Бабуля!
Что говорить дальше, я не придумала, но добрая старушка остановилась и дала мне время собраться с мыслями.
– Не скажете, в вашем доме комнату снять можно? – спросила я первое, что пришло в голову.
– Комнату? – проскрипела та, охотно включаясь в разговор. – Это вряд ли, а вот квартира на первом этаже сдается, хорошая квартира, не сомневайся. И дом у нас хороший, люди сплошь приличные, живем тихо, дружно.
Из-за подъездной двери доносились звуки, решительно опровергающие сказанное, но славная старушка, похоже, была глуховата. Она заметила неладное, только когда дверь распахнулась и из подъезда, шатаясь, вывалился парень с окровавленным лицом. За порогом он упал, с трудом поднялся, запятнав снег красным, и побрел прочь от хорошего дома, населенного приличными людьми.
Разговорчивая старушка широко раскрыла рот, глубоко вдохнула морозный воздух и неожиданно звонко заголосила:
– Уби-и-и-или!
– Да он вроде живой, на своих двоих ушел, – попыталась возразить я, но бабушка не слушала меня и самозабвенно голосила:
– Уби-и-или!
Дверь снова распахнулась и выпустила бородатого сантехника, который
приволакивал ногу и баюкал руку, отчего поступь его была крайне нетверда.
– Уби-и-или! – громче прежнего взвыла бабуля.
Из подъезда, обнявшись, выступили сразу два мужика, один из которых громко стонал и держался за голову.
– У-уб… Надо милицию вызвать, – неожиданно деловито сменила репертуар старушка.
– Кажется, уже не надо, – возразила я, прислушиваясь.
В отдалении слышались злые крики: «А ну, говнюк, живо из машины! Руки на капот, сволочь! И ты, с разбитой мордой, в ту же позицию!»
– Это милиция? – недоверчиво переспросила бабуля, смущенная обилием в тексте ругательных слов.
– Милиция, милиция! – заверил ее хорошо знакомый мне голос.
Высокий парень в волчьей шубе и лохматом треухе выскочил из клумбы, перемахнул через лавочку, прыгнул ко мне и начал охлопывать и ощупывать мои бока, озабоченно спрашивая:
– Ты как, цела? С тобой все в порядке?
– Дениска! – искренне обрадовалась я. – А ты тут откуда?
– Откуда надо! – ответил милый. – Думаешь, ты одна такая умная, а все вокруг идиоты?
– В последнее время я чаще думаю наоборот, – призналась я.
Денис закончил поверхностное диагностическое ощупывание чувствительным шлепком по заднице, притянул меня к себе за капюшон и сердито выдохнул в лицо:
– Тебя чуть не убили, дурочка!
– А говорил – умная! – начиная обижаться, напомнила я.
– Так вы, голубки, квартиру вдвоем, что ли, снимать будете? – встряла в наш разговор памятливая старушка.
Денис отодвинулся от меня и с подозрением спросил:
– Ты собралась снимать квартиру? С чего бы это?
– Не слушай бабушку, она все перепутала, – шепнула я. И поторопилась сменить тему: – Как ты узнал, что я здесь?
– Зяма посигналил.
– А это правда милиция? – я кивнула в сторону, откуда теперь слышались не ругательные приказы, а рычанье моторов.
Денис кивнул:
– Мы с ребятами шли за вами от самого дома, пристроились через три машины от авто этих деятелей, но на Мира – бац! – «Москвича» перед нами занесло, и он зацепил «Нексию» на встречной. Пришлось объезжать эту баррикаду, а бандитские морды вперед ушли,