Молодой Ленинград. Сборник второй стр. 309
Без отдыха и час, и два
Китайский мальчик тушью черной
Рисует русские слова!
Но буквы то бегут вприскочку,
То вдруг повалятся совсем,
Вот буква «А» легла на строчку,
Вот покосилась буква «М».
И кисточки мелькают снова,
И все ученики опять
Одно и то же наше слово
Стараются нарисовать.
И вот ребята написали
По-русски первые слова;
На самой верхней строчке — С т а л и н,
А во второй строке — М о с к в а.
Борис РаевскийДЕТИ ИНДИИНе для них зеленеют
В Бенаресе сады,
Не для них там аллеи,
Не для них там плоды.
Не для них над Калькуттой
Воздух ясен и тих…
В темном цехе, у джута —
Вот где место для них!
Восьмилетние дети
(Им бы в школу ходить!)
Под английскою плетью
Джут должны теребить.
Здесь не знают игрушек,
Здесь забыли про смех,
Малышей этих душит
Пыльный, сумрачный цех.
Часто кажется, будто
Здесь сидят старички:
Лица пепельней джута,
Неподвижны зрачки…
Нет на свете рабочих
Младше этих ребят,
Малыши днем и ночью
Волокно теребят.
Дети рано узнали
Свист английских плетей.
Даже детство украли
У индусских детей!
Иван ДемьяновВ ПУЛКОВОФундамент лег по котлованам дзотов,
Засыпан щебнем и золой окоп.
Уже давно на пулковских высотах
Сменил зенитку зоркий телескоп.
А мне в просторе ночи необъятном,
На шлеме выплывающей луны
Мерещатся чернеющие пятна
Пробоинами грозных лет войны.
Я их хотел бы видеть по-иному,
Но в памяти живет жестокий бой…
Вселенную для взора астронома
Открыли мы солдатскою рукой!
Иван ДемьяновСЕВАНВеличаво, по-лебяжьи
С гор спускается туман;
Между скал — гранитной стражи —
Дремлет озеро Севан.
И стою в твоей прохладе
Я, дыханье затая.
Темный остров в синей глади
Будто родинка твоя.
Вот лежит простор севанский
Весь окованный в гранит,
На груди земли армянской
Синим орденом горит!
И от самых туч к низинам
Уходя в водоворот,
Синь севанская к турбинам
Словно небо с гор течет.
По каналам шум и рокот…
В даль колхозную взгляни —
Ночь подбросила высоко
Над Арменией огни.
Иван ДемьяновУТРОПробегает ветерок украдкой,
По росистой лестнице ветвей,
Обнажая белую подкладку
У зеленых листьев тополей.
Жаворонки вьются над полями
Высоко, и песня их звонка,
Будто в небе бродят с бубенцами,
Чтоб не затеряться, облака.
На каштанах загорелись свечки
В лапчатых зеленых колпаках.
День по синему ковру — по речке
В золотых ступает сапогах.
И навстречу дню, навстречу солнцу
В золоте живительных лучей
Трактора выводят комсомольцы
В океан проснувшихся полей!
Николай КутовВ ПЕРЕУЛКЕСкорей проснись. Открой окно
В рассвет, наполненный гудками.
Взгляни: стучат уже давно
На крыше люди молотками.
Листы железа, словно гром,
Раскатистый, весенний, гулкий…
За новым домом — новый дом
Встает в Заречном переулке.
Тяжелый грузовик шумит
И, как рессоры, гнутся доски;
Дрожат на белом камне плит
Теней лиловые полоски.
Сверла не умолкает трель,
Сливаясь где-то с птичьей трелью;
Глядится в лужицы апрель,
В прохожих брызгая капелью.
И вся страна, как новый дом,
Известкой пахнет и смолою,
Железным крашеным листом,
Приятной свежестью лесною.
Николай КутовНАЧАЛО ДНЯСкользят лучи по граням горным,
Как по краям валов морских.
День начался гудком задорном
И суетой у проходных,
Где пропуск требуют у входа.
И только солнце на завод
Через восточные ворота
Опять без пропуска идет.
Над светлым цехом, как