Библиотека

Море Имен стр. 238

Размер шрифта
-
+
Тема

и автор зловредных сервис-программ отучится спать и капризничать, когда он нужен.

Повинуясь интуиции, он начал ассоциативный поиск не с проксидемона, что было бы логично, и даже не с самого Васи, а с монорельса с окном Васиной квартиры. Красивый бело-голубой поезд напоминал гигантскую игрушку, забавы ради вынутую из другого мира — из мира старой фантастики, где каждый был честен и светел и горел на любимой работе.

Любимая работа.

Ялик. Датацентры Ялика. Админы Ялика.

Вселенские админы.

И воскрес визионерский дар; но больше Алей не забывал себя и свою цель в ярком калейдоскопе.

Он увидел коридор и тяжёлую металлическую дверь. Вспомнил, что её поставили Васины соседи, без спросу прихватив заодно и квартиру админа. «Замуровали демона», — подумалось Алею. Дверь была заперта — и в буквальном смысле, и в метафорическом. Вася не хотел, чтобы его тревожили. Алей не собирался отступать. Усилием воли он переместил себя, превратившегося в точку восприятия, вперёд, и оказался в холле Васиной квартиры.

Место это меньше всего походило сейчас на квартиру.

Здесь владычествовала тьма. Не было стен. Пол и потолок оттолкнулись друг от друга и со страшной скоростью уносились в разные стороны. В бархатном мраке кружились бриллиантовые капли, вспыхивавшие вдруг: то ли шаровая молния, то ли звёздное скопление… В неверном свете прорисовывались очертания тёмных ущелий. Видна была стремнина ветра, несущего яблоневые лепестки и лазурных, лиловых, серебряных бабочек с причудливыми зигзагообразными узорами на крыльях; порой эти круто изломанные или плавно вьющиеся линии складывались в очертания тел живых существ — людей или их отдалённых подобий. Метались незнаемые одушевлённые тени. Клубились плотные облака и превращались нежданно в матово-жемчужного цвета ладони, пересыпавшие тёплого, телесного оттенка жемчужины…

И всё это были слова. Структурно-семантические, номинативные и когнитивные единицы. Кто-то говорил, спокойно и рассудительно, не планируя ни чудес, ни эффектов. Невероятными картинами его речь представала Алею; и интуиция подсказывала ему, что это так, но даже лайфхакерский дар не мог помочь ему понять этот язык, мог лишь подсказать, что для понимания требуется нечто большее.

«Чертовщина», — подумал Алей и сделал ещё шаг.

Стало тихо.

…В забитой хламом комнате, где висела клетка попугая Эна, оказалось, как в прошлый раз, тухло и пыльно. Странным образом стало ясно, что админ дома — но не вполне дома. Большая часть Васи отсутствовала. «Вот дела, — подумал Алей и беспечно пригрозил: — Придётся давать пинка». Он удивлялся только сам себе: тому, что совершенно не испытывал удивления. Происходящее казалось простым и естественным, абсолютно нормальным, и даже случайно подслушанный обрывок высшего разговора не внушал благоговения. Алей поразмыслил, разыскивая способ дать пинка ближайшей части расщеплённого админа, и вспомнил слова Осени: заклинание, которое снилось ему в ином мире и было кодом рассечения границ. Не медля, он начал:

— Скалистое поле. Молнии мечут славу. Две чашки горя. Летит фотография птицы…

Что-то завибрировало — совсем рядом и совершенно беззвучно.

Потом резкая вспышка ослепила Алея. Послышался громовой Васин мат, и Алей, не теряя присутствия духа, вернулся в самый простой способ восприятия — в собственное тело. Он убрал волосы за уши и усмехнулся.

— Мать твою! — обиженно орал демиург. — Это нечестно! Это непорядочно! Это, в конце концов, неприлично! Ты чем думал вообще?!

Алей подхватился на ноги и встал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.