Библиотека

Мозаика Парсифаля стр. 858

Размер шрифта
-
+
Тема

я изложу все, что, по моему мнению, вам следует знать.

Долгое молчание в трубке свидетельствовало о неподдельном изумлении. Наконец Беркуист прошептал:

— Надеюсь, вы не станете лгать.

— Стану, но не об этом.

— О чем же, по вашему мнению, мне следует знать? — воскликнул Беркуист, частично восстановив дар речи.

— Обо всем, что имеет отношение к вашей непосредственной и чрезвычайно трудной работе.

— Где вы находитесь? Я вышлю войска вам на помощь, только доставьте сюда эти документы!

— Нет, господин президент. Мы должны еще заехать к одному человеку по кличке Босуэлл. Но перед этим я намерен сжечь документы. Они существуют в единственном экземпляре, и я их уничтожаю. Так же как и историю болезни.

— Вы достали?..

— Я все изложу в докладе. Поверьте, у меня есть серьезные причины поступить таким образом. Я не знаю, что может произойти с ними в ближайшем будущем. То есть знаю, но не могу быть полностью в этом уверен. Все началось здесь, пусть здесь и закончится навсегда.

— Понятно. — Беркуист помолчал. — Я не могу повлиять на ваше решение. Я не могу помешать вам.

— Это верно.

— Хорошо. Я не буду и пытаться. Хотелось бы думать, что я разбираюсь в людях. Вам следовало бы занимать мое место. По крайней мере, вам полагается... Что может сделать для вас благодарная страна и лично ее чрезвычайно признательный президент?

— Оставить меня в покое, сэр. Оставить в покое нас.

— Хейвелок!

— Да, сэр.

— Но как я могу быть уверен? Уверен в том, что вы их сожгли?

— Парсифаль как раз хотел, чтобы у вас такой уверенности не было. Понимаете, он хотел, чтобы это не повторилось. Больше не должно быть Мэттиасов. Время суперзвезд кончилось. Поэтому он и не хотел давать вам стопроцентной гарантии.

— Мне предстоит все это хорошенько обдумать, не так ли?

— Неплохая идея.

— Мэттиас умер сегодня вечером. Поэтому я и разыскивал вас.

— Он умер уже давно, господин президент.

Эпилог

Осень. Нью-Гэмпшир то скрывался в серой мгле холодных арктических туманов, то вновь расцветал яркими переливами осеннего многоцветья. Солнце упорно не желало отступать перед приближающейся зимой и продолжало одаривать землю живительным теплом.

На закрытой, веранде, превращенной по настоянию Дженны в рабочий кабинет, Хейвелок закончил говорить по телефону и положил трубку. Когда они только осматривали свое будущее жилище, Дженна заметила, как Майкл, выйдя из гостиной этого старинного особняка, замер на пороге, пораженный пейзажем в огромных окнах веранды. Письменный стол, книжные шкафы вдоль стены, набор разнообразной по стилю, но удобной мебели превратили пустующее пространство в светлую, воздушную комнату, отгороженную от внешнего мира прозрачными стенами. За этими стенами открывался вид на поля и дальний лес, который так много говорил его сердцу. Дженна хорошо понимала Майкла, и он платил ей любовью за это понимание. Из этого необычного места он видел совсем не то, что могли увидеть другие. Перед ним были не просто высокая трава и стена деревьев в отдалении. Нет. Он видел постоянно меняющийся ландшафт, который столь часто служил ему убежищем.

В нем все еще продолжали жить воспоминания о схватках и борьбе не на жизнь, а на смерть. Неожиданно они вспыхивали со страшной силой, заставляя его двигаться... Двигаться в прямом смысле слова, чтобы убежать от них, подавить их. От них

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.