Мученицы монастыря Святой Магдалины стр. 37
и шестьдесят. Акцент отличался раскатистыми звуками, типичными для Глазго, о котором она давно забыла.
— На чай не дадите, сэр?
— Конечно.
Это ее удивило. Если вы в состоянии удивить пьяницу, значит, у вас еще есть кое-что впереди. Я полез в карман, достал мелочь и протянул ей, спросив:
— Когда-нибудь слышали о Пэдреге?
Я имел в виду предводителя пьяниц, ныне покойного.
Женщина взглянула на памятник:
— А кто он?
— Он написал «M'Asal Bheag Dubh».
— Он — что?
— Ладно, проехали!
— Покурить не найдется?
— Разумеется.
Я достал пачку красных, встряхнул ее, и женщина схватила две сигареты. Быстро оторвала фильтры. Откуда-то появилась спичка, и вот незнакомка уже вся в клубах дыма.
— Вы общественный работник? — спросила она между затяжками.
— Вряд ли.
— Полицейский?
— Уже нет.
— Перепихнуться не желаете?
Я громко рассмеялся. Во всем наркотики виноваты.
Я думал о Кейси, амбале Билла Касселла. О гиганте, который наслаждался моим унижением. Как говорят сицилийцы, если собираетесь мстить, ройте две могилы. Одну для себя. Еще они говорят, что месть — это кушанье, которое лучше есть холодным. Я уже точно остыл.
Мимо прошла монахиня, вся сияя благостью. Если бы я с ней посоветовался, она наверняка бы завела: «Мы обретаем свое прощение, прощая других».
А я бы ее послал.
Я встал, потянулся, даже ощутил некоторую
легкость. Пойду, разверну пушку, отполирую рукоятку. Распорядок дня Кейси я знал назубок. Оставалось только сделать следующий шаг.
Пристрелить его.
* * *
Всего лишь небольшая трещина… Но трещины рушат пещеры.Ничто так не отражает эти месяцы тупости, почти комы, так хорошо, как мой абсолютный эгоизм. Дни шли за днями, не оставляя ни малейшего следа. Сейчас я оглядываюсь назад и думаю: «О чем, черт возьми, я тогда думал?»
Седьмого июня должны были состояться выборы в Англии. Везде и всюду — зубастая улыбка Тони Блэра. Все это скользило мимо меня. Когда-то я знал поименно всех членов парламента и следил за дебатами в палате общин.
Теперь я практически никого не знал. Я, правда, заметил, что Деса О'Мэлли канонизировали в телевизионном сериале. Хоги подложили взрывное устройство, выставили, но что в этом особенного? Я как-то мельком видел его, хлипкого и трясущегося, когда он выходил из машины, а собравшаяся толпа улюлюкала.
Теперь мне на все было наплевать.
Луи Уолш осчастливил нас еще одной группой. На этот раз девушек. Я обязан был это знать, поскольку две девицы были из Голуэя. Каким же я стал ограниченным. Я медленно становился таким же, как мой отец. Мать продолжала черным призраком бродить по улицам. Она преследовала не только меня.
Видео.
Обретя ясность с помощью химии, я смог просмотреть целую кучу фильмов. Отношение к ним менялось в следующей последовательности:
нравились
испытывал омерзение
смеялся
плакал.
А смотрел я следующие фильмы:
«Тонкая голубая линия»
«Среди чужих»
«Прослушивание»
«Дженнифер 8»
«Люди Смайли»
«Бульвар Сансет».
Слушал Гейбриэла. Часами слушал. Мне казалось, что «Солнечный свет» разговаривает со мной, но я не очень понял, что он хотел мне сказать.
Книги:
«Грабители» Кристофера Кука
«Приглушенный шум»
Кэрол Энн Дэвис
«1980» Дэвида Писа.
Сложите все вместе, вывалите на стол психотерапевту и