Мученицы монастыря Святой Магдалины стр. 38
спросите: «Что это все значит?»
И он сразу потянется за торазином. Любой пьяница быстро бы сделал безошибочный ввод: «Ты в глубокой жопе». Попробуй поспорь.
В порядке сноски к вышесказанному. Я тут рылся в старых фотографиях и нашел древний, потрепанный кошелек, в каких обычно носят четки. Открыл его и увидел… свое обручальное кольцо.
Вернулось из Темзы?
Дело не в том, что я выжил в тот период. Тут ближе лейтмотив биографии «Дорз»:
Никто отсюда не выберется живым.Я не чувствовал боли, когда вокруг души образовывался шрам, готовый ее сжать.
День самоубийства начался легко. Я проснулся в приличном настроении, довольно приятном. Скорее, ощущая нечто вроде общей меланхолии, а не результат химической передозировки.
С этим можно бороться.
Я сделал несколько приседаний, затем встал под холодный душ. Кому нужна выпивка?
Только не мне.
Добро пожаловать в мир таблеточной зависимости. Когда начнется ломка, а она обязательно начнется, в этом я не сомневался, я пущу себе пулю в голову. Никаких больше больниц и лечений. Нужно быть на коне до самого конца.
Я сварил кофе и даже ощутил его вкус. Понравилось. Что-то меня томило, чего-то хотелось, но я не мог сказать, чего именно.
Бог? Не-а, Он свернул свою палатку и двинулся на восток. Интересно, что я сейчас способен заметить?
Сидевшая в холле миссис Бейли воскликнула:
— Боже, мистер Тейлор, вы отлично выглядите.
Еще бы!
Я даже принял ее приглашение на завтрак. Вот уж воистину ребро в бок дьяволу.
Джанет, экономка, горничная и уборщица в одном лице, оказывается, была еще и официанткой, правда очень медлительной. Я подозревал, что она выполняла и функции кухарки. В холле было светло и жизнерадостно, у входа на столике лежала стопка газет, которые можно было просмотреть бесплатно. Миссис Бейли заметила, что я на них взглянул, и сказала:
— Ну да, как в шикарных отелях. Вы можете просмотреть «Индепендент» или… «Индепендент»!
Миссис Бейли хитро улыбнулась. На нее приятно было смотреть. Свои политические взгляды она выставляла напоказ. Мы сели, и она сообщила:
— Джанет их гладит.
— Что?
— Каждое утро каждую газету. Чтобы наши гости не испачкали руки типографской краской.
Я видел, как то же самое делал Энтони Хопкинс в «Итогах дня», но счел это дурацкой английской фобией. Мы заказали чай, тосты и яичницу. Миссис Бейли предложила:
— Курите, если хотите.
Я не стал.
Я расслабился, смягчился. Помните Донована? Если он был английском ответом Бобу Дилану, то вас охватывала дрожь при мысли, каков же был вопрос. Он носил матерчатую кепку, лицо у него, как у хорька, и я еще помнил «Атлантис».
Да
поможет мне Бог.
Он теперь жил в Норт Корк и, подобно многим вышедшим в тираж рок-звездам, любил поиграть с другими в местном пабе. Его дочь стала актрисой Ионой Скай. И еще до того как принесли яичницу, я уже задал себе вопрос: «Откуда я знаю все это дерьмо?»
И хуже того — почему?
Миссис Бейли коснулась моей руки. Я разглядел коричневые пятнышки на тыльной стороне ее ладони.
— Где вы были?
— В шестидесятых.
Она заметила с грустью в глазах:
— Вы часто там живете.
— В шестидесятых?
— В прошлом.
Я кивнул, соглашаясь с ней, и сказал:
— Не то чтобы так безопаснее, просто все там