Библиотека

На корабле полдень стр. 217

Размер шрифта
-
+
Тема

самым жгучим тайнам государства), были уверены, что никто во всей России до 2622 года про Глагол не знал!

Но вот, оказывается, за три года до этого на Глаголе побывал Сержант! В миру – Борис Борисович Шеницын.

* * *

2619 год.

Между Конкордией и Объединенными Нациями – мир и дружба. Период особенно плодотворного и легкомысленного сосуществования двух систем, злые языки называли его грубоватым «сосу–сосу».

Конкордия и Объединенные Нации вместе осваивают дальнее Внеземелье. Репортажи про трудности, неизбежные потери и жертвенную взаимовыручку по каждому каналу визора.

Конкордия и Объединенные Нации объявили десятилетия борьбы с вирусными заболеваниями. Тысяча биотехнологов из Конкордии едут в Объединенные Нации. Тысяча наших – к ним.

Болезни, косившие колонии целыми планетами, уходят в небытие одна за другой. Помолвки. Салюты. Слезы счастья. На Красной Площади школьники хором поют персидскую народную песню «А у девушки из Шираза косы как реки…»

И вот, оказывается, в деятельной эйфории совместного звездостроительства две системы решили неприметно обменяться секретными сведениями в области аномальной астрофизики.

Мы им показали Раулисферу.

Они охренели (там есть от чего охренеть). А в ответ показали нам Глагол.

Ну то есть как «показали»…

Координат и названия системы – не раскрыли. Сказали, в общих словах, что есть одна удивительная планета. И пообещали, что провезут одну нашу маленькую экспедицию без собственных измерительных приборов по пятидневному маршруту, проложенному, по уверениям конкордианской стороны, «по безопасным местам».

Состав предполагаемой экспедиции тоже был четко обозначен Конкордией: двое ученых, двое офицеров ГАБ и двое кого угодно.

Насчет того, кем должны быть эти «кто угодно», в ГАБ спорили почти месяц.

То есть всем было понятно, что эти двое тоже будут офицерами ГАБ. Но какой именно породы?

В итоге победил здоровый прагматизм.

Взяли одного водителя с хорошей стрелковой и общефизической подготовкой (им оказался Борис Борисович Шеницын, то есть Сержант). И одного опасно близкого к гениальности астронома, чуть ли не со школы числящегося в штате ГАБ. (Естественно, наши не оставляли надежд, что гений определит местоположение Глагола по рисунку созвездий и туманностей на ночном небе планеты.)

Конкордианская сторона очень гордилась Глаголом, исследования которого только набирали размах. И в то же время страшно переживала за безопасность нашей делегации. Мало ли какие напасти!

Но наши повели себя спесиво.

От охраны отказались, от проводников – и подавно. Попросили только карту местности и обучающие материалы. Надо ли говорить, что полученное от клонов досье изобиловало неуместной поэзией и, как это частенько случалось у наших братьев по Великорасе, было преступно хаотическими?

В общем, когда Шеницын вез пятерых умников во вверенном ему вездеходе, его важные пассажиры смотрели на чудеса Глагола во все глаза и разве что не повизгивали от экстаза – это как если бы зоолог, никогда не видевший льва или жирафа, вдруг попал на сафари в Кению.

Гениальный астроном, по словам Сержанта, в первую же ночь определил галактические координаты Глагола и записал их в свой блокнот.

(Меня лично это страшно впечатлило, ведь мы в лагере имени Бэджада Саванэ пробавлялись этой головоломкой неделями, и никто, даже опытные командиры звездных кораблей, решить ее не смогли! Правда, допускаю, что условия наблюдений по каким–то причинам различались – сезонная прозрачность атмосферы, углы восхождения светил, воздействие

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.