Начальник острова Врангеля стр. 28
Все ясно, как дважды два — четыре.
Георгий Алексеевич резко останавливает глобус и мрачнеет. Это ему все ясно. А уполномоченному нужно разжевать подробности, убедить, уговорить. Веселенькая работенка! Как будто выходишь на сцену перед битком набитым залом, перед тысячами глаз и предлагаешь: поверьте, что важную экспедицию не провалю, что сделаю даже больше, чем намечается. Я человек грамотный, начитанный, спросите о чем хотите…
Но разве все последнее время он не спрашивал сам себя: по силам ли ему такое ответственное дело? Разве не изводил себя бесконечными: справлюсь ли, не отступлю ли, готов ли к опасной, трудной работе на бескрайних северных пространствах? И отвечал без колебаний: да, по силам, да, справлюсь, да, не отступлю, готов ко всем неожиданностям. Это не ребяческое бахвальство, не хвастовство — никто так не придирчив к нему, как он сам. Ведь не с бухты-барахты он все решил. Не для того собирается на Север, чтобы пощекотать себе нервы, чтобы с гордостью сказать кому-то потом: «Вот я какой смелый, решительный, вот в каких побывал переделках».
«Давайте вместе рассудим, товарищ уполномоченный. Что вам может не понравиться во мне? Я здоров, молод, морозов не боюсь, не испугаюсь и пурги, встречи с белым медведем. Тяготы северной жизни? И они не страшны после многих походов по тайге, сквозь болота, через горы. Кратковременное увлечение? Нет, нет и нет. Это давняя, выношенная мечта — стать полярником, принести пользу науке, своей стране. Это надолго, на всю жизнь, до тех пор, во всяком случае, пока хватит сил и здоровья. Всем понятно: пожилым, старым людям в Арктике не развернуться, будь ты трижды академик или профессор. И где он, академик или профессор, рвущийся на остров Врангеля, да не просто в научную экспедицию, а с целой программой хозяйственных хлопот? Где?»
Ушакову очень нравится это доказательство в его пользу, он вновь берется за перо, склоняется над бумагой.
«Едва ли представляется возможность посылки ученого «с именем», принимая во внимание кабинетный характер таких людей, а также все трудности и риск предстоящей продолжительной поездки. А если это и удастся осуществить, то все же целесообразность посылки такого лица будет сомнительна, так как нет ученых, не имеющих за плечами солидного возраста.
Наш Север и северо-восток не исчерпываются одной Землей Врангеля. Область потребует много сил и времени, и. поэтому целесообразнее послать человека, у которого жизнь впереди и которого хватит не на одну Землю Врангеля.
Все вышеуказанное заставляет меня (еще раз напомнив, что мое решение глубоко обдуманно, твердо и предопределяет план всей моей жизни) снова обратиться к Вам с просьбой о выдвижении моей кандидатуры для работы на Земле Врангеля».
Ушаков задумывается на минуту и решительно приписывает:
«Ваше положительное решение даст мне возможность заострить свое внимание на подготовке к работе, а отказ заставит потратить много энергии (необходимой для подготовки) на доказательство того, что я могу оправдать те надежды, которые будут на меня возложены.
Член Дальневосточного краевого географического общества.
Г. Ушаков».
Он собирает исписанные листки, складывает их. Раздевается, гасит лампу и ложится в постель.
Опять на крыше рокочет лист железа. Под одеялом жарко, но надо спать. Надо обязательно выспаться. Силы ему еще пригодятся. На остров можно попасть только летом, значит, впереди полгода.
«Спать,