Не девичья память стр. 97
очень любит его. Трое деток у них. Все ухоженные, веселые.
— А сама Полянская всегда в хорошем настроении?
— Ну, это вы уже хватили! — воскликнула Филатова. — Все же живые люди! А постоянно в хорошем настроении пребывают только психи и распространители хренорезок!
— Распространители чего?
— Те, что шляются по домам и уговаривают простофиль купить у них какую-нибудь гадость.
— Поняла. Но все-таки хотелось бы уточнить, Полянская не выглядела унылой?
— Нет, не выглядела. Сильно не в себе я вообще видела ее только один раз.
— Давно это было?
— Честно, не помню, — Филатова прижала руку к сердцу, — рада бы сказать, но не буду вводить в заблуждение.
— Значит, это было несколько месяцев назад?
— Да, наверное, около года прошло или больше.
— Вера Семеновна, спасибо вам, вы очень нам помогли.
— Не за что, вы лучше скажите, того, кто мою Ирку убил, найдут?
— Почти уверена, что да.
— Спасибо хоть за это, — вздохнула Филатова, закрывая дверь за детективом.
Мирослава, как обещала, позвонила Карелину.
— Мы сейчас едем к Поповой, потом к Астаховой, вы с нами?
— Куда подъехать?
— К отделению. Пересядете ко мне в машину и тогда расскажете, что узнали у Филатовой.
— Мчусь!
Возле отделения Мирослава отпустила Сему, которому очень не хотелось уезжать. А хотелось ему, как он сам выражался, «поучаствовать в этой заварушке», но опять же, по убеждению самого Семы, — против начальства не попрешь. Поэтому, высадив Мирославу, он уехал, в надежде, что скоро опять ей понадобится.
Волгина, пересев в машину Карелина, рассказала ему все, что удалось узнать от Филатовой.
— Значит, вероятность того, что Полянская и Табачникова были знакомы, существует? — уточнил он.
— Я почти уверена, что Полянская мгновенно покинула квартиру Филатовой, узнав о том, кем является ее родственница, вовсе не потому, что была шокирована или напугана, а потому, что ей нужно было во что бы то ни стало догнать Табачникову.
Карелин задумчиво кивнул и потер подбородок.
Глава 10
Дверь квартиры, в которой была прописана Попова
Лия Сергеевна, открыла взлохмаченная особа в помятом спортивном костюме, от которой так разило смесью алкоголя и табака, что оперативники пожалели о том, что им не положены противогазы.
— Полиция? — безошибочно угадала женщина и хмыкнула. — Заходите, раз приперлись.
Жилище, в которое их провели, было под стать хозяйке — всюду валялись грязное белье, старые газеты, грязная посуда с объедками.
— Попова Лия Сергеевна? — спросил Карелин представившись.
— Она самая. Че надо?
— Вам знакома Табачникова Ирина Федоровна?
— Знаю я, убили Ирку! Убили подруженьку. — Попова залилась пьяными слезами.
— Вы о ком плачете? — тихо спросила Мирослава.
— Как это о ком? — неожиданно распалилась та. — Для вас, если сидела, то не человек, шваль?
— Я не к тому, Лия Сергеевна…
— А к чему же? — невольно заинтересовалась та.
— К тому, что плакать вам сейчас надо о себе. Или о вас есть, кому поплакать?
— Чего вы несете-то, чего городите?!
— То, что первой была Табачникова Ирина Федоровна. Кто будет следующей: вы или Астахова Марина Павловна?
— Ирку убили из-за долгов! Проигралась она в пух и прах! А мы тут с Маринкой при чем?
— Ой, ли.
— Что вы тут заойликались-то?! — воскликнула Попова.
— Скорее всего причиной убийства вашей подруги были вовсе не ее проигрыши в казино.
— За что же тогда Ирку пришили?!
— Это могла быть месть за