Не в парнях счастье стр. 245
наконец догадалась, отчего она стала такой тревожной, такой худой, отчего у нее так заострились все черты. Еще бы, врагу не пожелаешь следить за тем, чтобы Сергей Сосновский оставался тепленьким в лоне семьи, любящим мужем, хорошим отцом. Чтобы выполнять такую непосильную задачу, ей наверняка пришлось положить на это все: силы, здоровье, бессонные ночи. Проверять его мобильники, следить, как его машина приезжает во двор, бесконечно звонить ему на работу и слушать автоответчик или звук его факса. Устраивать сцены, добиваться внимания, требовать участия в семейной жизни. Улыбаться, чтобы он не почувствовал, как ты несчастна. Я знала все это, ведь я уже это проходила. И теперь вдруг, стоя рядом с Владимиром, поняла, что моя игра действительно окончена. Я ни за какие коврижки не хотела бы получить этот клад обратно. Нет, уж лучше я пешком постою! Мне и тут хорошо, пусть и без любви, зато рядом с человеком, который никогда не будет доводить меня до слез и говорить, что я – отвратительная жена. Почему? Да как минимум потому, что мы не собирались жениться.
– Спасибо, что соврал! – тихонько шепнула я Володе, когда мы поднимались по лестнице на мой пятый этаж.
– Соврал? – удивился он.
– Ну, что мечтаешь стать мужем и все такое, – я выразительно сверкнула глазами. – Знаешь, мне на него совершенно наплевать, а все-таки это просто отлично. Пусть знает, как все прекрасно и здорово у меня теперь без него.
– Маленькая, но вкусная месть? – поднял бровь Владимир.
– Она самая, – рассмеялась я. – Пусть знают оба. И он, и особенно она. В общем, спасибо.
– Всегда пожалуйста, – тихо улыбнулся он. – Лишь бы ты была счастлива. Ты уверена, что ничего не хочешь попить?
Глава шестая,в которой я получаю по заслугамСтоило ли бежать за мной три квартала, только чтобы сказать, как я тебе безразлична?
Беременность – это самая удивительная пора в жизни женщины, и не думаю, что кто-нибудь станет с этим спорить. Во всяком случае, я только и делала, что удивлялась. Тому, как мое тело вдруг становится значительно сильнее моего сознания. Вроде бы я – человек разумный, гомо сапиенс, но если мой беременный организм отдавал какую-то команду, я моментально исполняла ее, без даже секундной задержки. Засыпала на рабочем месте, положив голову на клавиатуру. Бросалась ночью к холодильнику, потому что срочно надо было слопать персик. Два персика. Три. Килограмм.
– Тебе не станет плохо? – любопытствовал сонный Владимир.
– Ты следи, чтобы персики не кончались! – строго предупреждала я, задумчиво стоя в два часа ночи около раскрытой двери холодильника. В темноте ночной кухни свет из него был похож на искристый праздничный луч. И он манил. Слава богу, я не получала команды жрать как хрюшка печенье или свиное рагу. Меня тянуло на фрукты, мясо и гребешки. Не расчески, а белые круглые вкусные морские штуки – Владимир покупал их в каком-то дорогом супермаркете. Когда он впервые принес их, чтобы я испробовала что-нибудь новенькое, то даже не представлял, на что себя обрекает. Все девять месяцев я ела персики и гребешки, в примерно равных количествах. Но если килограмм персиков в день позволить себе могут многие, то килограмм гребешков стоил примерно как неплохой мобильный телефон.
– Ты съедаешь по телефону в
день! –