Небытие стр. 24
бедная мать.
Вова пишет до самого утра,
Семья продолжает рыдать.
У меня в стихах нет пустых мест,
У Гингера они есть.
Приходит консьерж, вот манифест:
Ивана Ивановича повесить.
А у Зиночки батистовый пеньюар
И левая грудь видна.
У консьержа от сладострастия делается сильный жар
И даже течёт слюна.
И он на ходу скидывает штаны,
Сбрасывает нижние штаны,
У него бельё не первой белизны
И спина болезненной белизны.
Но не беспокойтесь, что это так,
В атаку не идут так.
А в атаку идут как?
Что значит, как идут в атаку!
51. <Письмо Илье Зданевичу>M Eli ZdanevitchRue de la perdition éternelleN interchangeableConstantinople TiflisДорогой Илья Отдай пожалуйста 15 потому что я сижу без сапогов за которые следует 20 Целую в лысину. Твой Боб.
<1920-е гг.>50. «В атаку идут так:…»В атаку идут так:
Штыком в живот тык.
Иван Иванович, Вы простак,
Что такое по существу штык?
Штык распарывает живот,
Из живота – кишки.
На Raspail 280 семья живёт,
Вова пишет стишки.
Плачет отец, плачет брат,
Рыдает бедная мать.
Вова пишет до самого утра,
Семья продолжает рыдать.
У меня в стихах нет пустых мест,
У Гингера они есть.
Приходит консьерж, вот манифест:
Ивана Ивановича повесить.
А у Зиночки батистовый пеньюар
И левая грудь видна.
У консьержа от сладострастия делается сильный жар
И даже течёт слюна.
И он на ходу скидывает штаны,
Сбрасывает нижние штаны,
У него бельё не первой белизны
И спина болезненной белизны.
Но не беспокойтесь, что это так,
В атаку не идут так.
А в атаку идут как?
Что значит, как идут в атаку!
51. <Письмо Илье Зданевичу>M Eli ZdanevitchRue de la perdition éternelleN interchangeableConstantinople TiflisДорогой Илья Отдай пожалуйста 15 потому что я сижу без сапогов за которые следует 20 Целую в лысину. Твой Боб.
<1920-е гг.>Приложение 2
Уточнённые версии стихотворений, опубликованных в других изданиях
52. «Люблю я деревенские клозеты…Люблю я деревенские клозеты
Где остального мира мне не жаль
Где я читал помятые газеты
О нежное воспоминанье, жаль!
Окно являет подметённый двор
А далее пригорки и лощинки.
Ползут от напряжения морщинки
Я этот миг у Вас украл как вор
О мягкий кал на выступе не медли
Там мокрый мрак и тихий белый глист
Но на него упал пахучий лист
И я последние застёгиваю петли.
Прекрасно сочиняешь Александр
Ты мифы кои красят наши яви
Хоть ведомо бесплоден олеандр
Литературы и в судьбах бесправен
И слов нема как говорит народ
Чтоб передать как люба «Свора верных»
Поваднику безделий суеверных
Которым учишь Ты певцов народ
За жалкою балкой балкон тишины
За кротким углом недостаток кофейни
Чу бросилось <с> первого тело жены
И входит к второму душа откровенно.
На согнутый сад невозможно надеяться
Знаком его почерк и игры вничью.
Хотя не пристало ему чародею.
Видит ангелов далей или воочию
Окружает меня многоточие снов
Окружная дорога мечтательных сов
Запрядная берлога больших голосов
О труба граммофона отцов и сынов
Будет палое платье в пролёте искать
Но поднялось оно на земле ни куска
На подъёмной машине как стихи на терцинах
Аж начищенный циник замялся