Небытие стр. 25
звонка
Ты пришла из кондитерской и для венка
Шасть на стол как на мел карамель из глициний
Как снобы в розовых носках
Как дева в липовых досках
Доволен я своей судьбою
Не выданной а взятой с бою
На башне флаги весело вились
И дети хорошо себя вели
То был четверг страстной он был весёлый
С горы к нам тёк необъяснимый зной
Под тяжестью своих воспоминаний
Ломался я как полосатый стул
В серейший день в сереющий в засёрый
Беспомощно болтается рука
Как человек на бричке без рессоров
Как рядовой ушедшего полка
Лоснящиеся щёки городов
Намазаны свинцовою сурьмою
И жалкий столб не ведая годов
Руками машет занявшись луною
И было вовсе четверо надежд
Пять страшных тайн и две понюшки счастья
И вот уже готов обоз невежд
Глаголы на возах в мешках причастья
Беспошлинно солдатские портки
Взлетают над ледовыми холмами
И бешено вращаются платки
За чёрными пустыми поездами
Склоняется к реке словесный дым
Бесшумно убывая как величье
И снова город нем и невредим
Стирает с книг последние отличья
Мне ль реабилитировать себя
За преступленье в коем все повинны
Кто улетал на небо бытия
Чтоб воинскую избежать повинность
Спохватываюсь я. Спеша пишу
С зловещими названьями записки
Слегка дымлю потом в петле вишу
Потом встречаю деву с лёгким писком
Над евою тружусь щипя власы
Под девою во мгле в земле гуляю
Иль ухожу на самые басы
Потом воркую или тихо лаю
Нагое безобразие стихов
Воспринимаешь ты как бы одетым
И мнишь о странность тамошних духов
А мы пускаем газы бздим квартетом
Спеша кивает пальцем и луна
Слетает на него как хитрый голубь
Потом на сук садится задом голым
Ты снизу мнишь она лицом бледна
Так сообщниками окружены в природе
Поэты длят свой синий онанизм
Как фельдшера еловые при роте
Что даже не умеют ставить клизм
И вот летят над подлецом идеи
Он слушает с прищуренным лицом
Как режиссёр что говорит с борцом
Закуривает он кредиткой денег
Слегка идёт почёсывая бланк
Наполовину спит в иллюзионе
Где Глори Свенсон и Дуглас Фербанкс
В экране белом ходят как хитоне
Заходит в писатьер в публичный сад
Идёт вперёд затем идёт назад
И наконец вытаскивает фишку
Все падают и набивают шишку
И подают пальто их благородью
Луна богов луна богиня смерти
Вокруг луны кружит корабль мой
В окно смеются завитые черти
На дне души горит душа зимой
Луна во всём она горит во взгляде
Я предан ей я стал луною сам
И фиолетовой рукой богиня гладит
Меня во сне по жёстким волосам
Он на землю свалился оземь пал
Как этого хотел весенний вечер
Как в это верил день Сарданапал
Как смел он как решился человечек
Как смел он верить в голубой пинжак
В оранжевые нежные ботинки
И в синий синий синий синий галстук парижан
В рубашку розовую и в штаны с картинки
Цвело небес двуполое пальто
Сиреневые фалды молча млели
И кувыркалось на траве аллеи
Шикарное двухместное авто