Невеста Лесовика (СИ) стр. 16
яствами столы заставлю, а потом что же, со стороны буду на всё это смотреть? Несправедливо получается. — А хочешь, и повседневный сарафан тебе какой-нибудь сошьём? — предложил Лесовик, заметив охватившую меня печаль.
— Хочу, — буркнула я раздосадовано. — И ещё много чего хочу, — на том, не прощаясь, и юркнула в свою опочивальню, дивясь самой себе. Неужто мне и правда замуж так сильно хочется?
«И что же, если так?» — рассуждала я мысленно. — «Вон Софушка замуж вышла и как счастлива. И эта невеста Лесовика — теперь уже бывшая — туда же собралась. А я чем хуже?»
Да вот только всем я хуже. Попала на чужбину по воле случая, и кто знает, как тут народ живёт и приглянется ли мне среди них кто. Там-то у нас в селе видные парни имелись. А тут что? Разве только царь лесной, он-то собою хорош. Но мне ли сельской Агнешке о царях мечтать?
— Не-ет, — протянула я с тоскою, — никакой сарафан повседневный не исправит этой беды.
Утром, проснувшись да одевшись, Лесовик, как и обещал, повёл меня к портнихе. Степана тоже с нами взял, для верности. А я и не возражала. Со Степаном как-то надёжнее было. Он и с портнихой договорится, и ткань поможет выбрать, и вообще подбодрит.
Сухопарая портниха лет пятидесяти встретила нас изумлённым энтузиазмом. Осмотрела меня, одобрительно кивая, общупала да обмерила, сообщила Степану, сколько парчи на сарафан взять да какой лучше. Потом обмерила Лесовика с какой-то ленцой.
— Уж вас-то я бы и так одела, — буркнула она себе под нос, за что была удостоена укоризненного взгляда не только Лесовика, но и Степана. Последний, к слову, даже на неё цыкнул. — Да молчу я, молчу, — принялась она оправдываться.
За парчой мы зашли сразу же и выбирать принялись из самых дорогих рулонов ткани. Расплачивался за неё Лесовик снова своими монетами, что произвело на меня самое положительное впечатление. Какой всё-таки предусмотрительный и добродетельный царь. Печется о своих подданных, свадьбу им помогает устроить, сам лично пошёл ткани выбирать. Не был бы он лесным чудищем, я бы очень сокрушалась, что не стала его взаправдашней невестой. Я и так потихоньку начинаю расстраиваться. Вон Софушка его невестой была, Василина сбежавшая стала бы, а я так, залётная какая-то.
— Да что ж такое, — возмутился Лесовик. — Опять грустит. И ещё вот этой ткани отрежьте нам, — велел он лавочнице, указывая на рулон небесно-голубой парчи. — Степан, — махнул своему помощнику. — Вели Аглае из этого срочно сарафан пошить. На каждый день. Но такой, чтобы даже царица позавидовала.
— А какая царица-то? — покосился он на меня.
— Да любая, Степан. Любая.
«И слово он своё держит», — сокрушалась я. — «Даром что чудовище. А если позабыть о том, как быстро он передвигается, то вообще практически человек».
Прогулявшись со мной немного по городу, Лесовик велел Степану отвести меня во дворец, а сам куда-то в другое место нацелился.
— А ты куда? — спросила я, заподозрив неладное. Уж не по невестам ли пойти собрался? Или ещё хуже, по хмарям всяким да кикиморам.
— Надо владения свои проверить. В моих лесах порядок должен быть да спокойствие.
«Угу», — кивнула я мысленно. — «То есть вчера с той хмарью ты порядок наводил? Так это теперь называется?»
— К ужину вернусь, — пообещал