Незнакомцы в поезде стр. 46
ужины и вечеринки у Фолкнеров. Среди родственников любили шутить на тему о том, как много здесь Фолкнеров, Уэдделов и Моррисонов, и все живут в штате Нью-Йорк и на Лонг-Айленде. Гаю в нкотором роде нравилось, что у Энн так много родственников. Рождество, которое Гай провел в доме Фолкнеров в прошлом году, был счастливейшим в его жизни. Он поцеловал Энн в обе щеки, потом в губы. Опустив голову, он увидел на покрывале рисунки Энн, сделанные на фирменных листках бумаги отеля, и начал неторопливо собирать их в аккуратную стопку. Это были идеи на будущее, которые она вынесла с сегодняшнего посещения Национального музея. Линии были черные и четкие, как и он любил делать.
— Энн, я думаю о доме.
— Тебе нужен большой.
— Да, — с улыбкой согласился он.
— Большой так большой.
Ей было хорошо в его объятьях. Оба они вздохнули, это получилось у них разом, отчего они засмеялись, и Гай еще крепче прижал Энн к себе.
Она впервые согласилась с размерами дома. Дом предполагался в форме буквы Y, и вопрос состоял в том, ограничиться ли фронтальной «рукой» или строить обе. Гай был исключительно за обе. Это дорого обойдется, более двадцати тысяч, но Палм-Бич потянет за собой цепь частных заказов, как ожидал Гай, и это будет скорая и хорошо оплачиваемая работа. Энн говорила, что отец в качестве свадебного подарка хочет подарить им фронтальную часть, но для Гая этот вариант казался столь же немыслимым, как строительство без этой части. Ему ярко виделся сейчас этот белый дом на фоне коричневого бюро по другую сторону комнаты. Он выступал из белой скалы, которую видел под городом Элтоном в нижнем Коннектикуте, — длинный, низкий, с плоской крышей, словно сделанный из самой той скалы. Как кристалл.
— Я бы назвал его «Кристаллом», — сказал Гай.
Энн задумчиво посмотрела в потолок.
— Я не сторонница названий для домов. А может, мне не нравится название «Кристалл».
Гай почувствовал себя обиженным.
— Уж куда лучше, чем Элтон. Безвкуснее не придумаешь!
Гай взглянул на телефон в странном предчувствии, что он должен зазвонить. Он чувствовал легкое головокружение, словно принял какой-то легкий дурман, вызывающий эйфорическое настроение. Энн сказала, что это от высоты, на которой находится Мехико.
— Мне кажется, что я могу сегодня вечером позвонить Мириам, поговорить с ней и всё уладить, — медленно произнес Гай. — Такое ощущение, что я могу сегодня говорить убедительные слова.
— Вон телефон, — сказала на полном серьёзе Энн.
Пошло несколько секунд, и он услышал, как Энн вздохнула.
— Сколько времени? — спросила она, выпрямляясь. — Я обещала маме быть до двенадцати.
— Семь минут двенадцатого.
— Ты не хочешь есть?
Они заказали перекусить в номер. Им принесли яичницу с ветчиной неузнаваемого, ярко-красного, цвета. но вкус оказался, как они согласились, весьма приемлемым.
— Я рада, что ты приехал в Мексику, — сказала Энн. — Это когда я хорошо знаю что-то, а ты нет, и мне хочется, чтобы и ты знал. Только Мехико — это город не как остальные, — продолжала она, медленно расправляясь с едой. — Он оставляет по себе ностальгию — как Париж или Вена, и туда хочется снова приехать — независимо от того, что с тобой было в этом городе.
Гай нахмурился. Он побывал как-то летом в Париже и Вене с