Библиотека

Незнакомцы в поезде стр. 60

Размер шрифта
-
+
Тема

нашло? — зарычал он на Бруно. — Ты бы сбросил меня, да?

— Нет! — закричал Бруно громче Сэмми.

Внезапно ему стало трудно дышать, как это бывало с ним по утрам. Он положил на лицо свои напрягшиеся, потные ладони, потом опустил руки. Он уже совершил одно убийство, Зачем ему еще одно? Но Сэмми мгновения назад ведь извивался на металлической ограде, еще немного — и он свалился бы, и Бруно хотел его столкнуть. Он услышал, как Сэмми делает себе виски со льдом. Бруно споткнулся о порог французского окна из дома на террасу.

— И не возвращайся! — крикнул ему вдогонку Сэмми.

Голос Сэмми дрожал, в нем Бруно услышал столько страсти, что его пронизало страхом. Бруно ничего не сказал, проходя мимо матери в холле. Спускаясь, он держался обеими руками за перила, ругая закругленную лестницу, охая, чувствуя неразберимое месиво в голове, кляня мартини, которое он пил с Сэмми. Шатаясь он вошел в гостиную.

— Чарли, что ты сделал Сэмми? — спросила мать, следуя за ним.

— Ах, что я сделал Сэмми!

Бруно выставил руки в сторону ее расплывавшейся фигуры и тяжело опустился на софу.

— Чарли, вернись и извинись.

Расплывшийся белый силуэт ее вечернего платья приблизился, загорелая рука протянулась к нему.

— Ты спишь с этим малым? — спросил он и повторил с ударением: — Ты спишь с этим малым?

Он знал, что ему нужно упасть на софу. И все уйдет. Он так и сделал, даже не почувствовав прикосновения ее руки.

Восемнадцатая глава

За месяц после возвращения Нью-Йорк обеспокоенность Гая, его неудовлетворенность собой, неудовлетворенность своей работой, неудовлетворенность Энн постепенно сфокусировались на Бруно. Это Бруно сделал так, что ему теперь противно стало смотреть на фотографии «Пальмиры», Бруно был действительной причиной беспокойства Гая по поводу отсутствия заказов с момента прибытия из Палм-Бича. Это из-за Бруно он завязал накануне вечером бессмысленное препирательство с Энн по поводу того, что он снял не такой офис, не купил новую мебель и ковер в этот офис. Это Бруно вынудил его сказать Энн, что он не считает себя удавшимся архитектором и что «Пальмира» еще ничего не значит. Это всё Бруно виноват в том, что Энн тогда развернулась и вышла, а он стоял и слушал до тех пор, пока не хлопнула дверь лифта, и тогда он бросился за ней, пробежал восемь пролетов и стал просить ее простить его.

Кто знает, может, это Бруно удерживает его от того, чтобы он принялся за новую работу. Строительство «Пальмиры» происходило на душевном подъеме. Но он так долго таил в себе тот факт, что он знает о преступлении Бруно, что у него произошло разрушение духа. И он ощущал это в себе. Сознательно он настроился на то, чтобы полиция поймала Бруно. Но недели шли, а никаких сдвигов не произошло, и он стал изводить себя мыслью, что должен действовать сам. Но его останавливали внутренняя неготовность обвинить человека в убийстве и вялые сомнения в виновности Бруно. Мысль о том, что Бруно совершил преступление, временами так поражала его, казалась столь фантастичной, что вся его предыдущая убежденность рассеивалась. Временами он сомневался и в том, что Бруно прислал ему письменное признание в совершении убийства. И всё-таки ему пришлось признаться себе, что он был уверен: это

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.