Библиотека

Незнакомцы в поезде стр. 61

Размер шрифта
-
+
Тема

сделал Бруно. Прошедшие недели, в течение которых полиция не напала на след, похоже, подтверждали такой вывод. Верно говорил Бруно: как могли они выйти на человека, у которого не было мотивации? Сентябрьское письмо Гая заставило Бруно замолчать на всю осень, но перед отъездом из Флориды Гай получил краткое и спокойное письмо от Бруно, в котором тот сообщал, что в декабре вернется в Нью-Йорк и надеется поговорить с Гаем. Гай был полон решимости не иметь никаких связей с Бруно.

Но его не покидало нервное напряжение по поводу всего, даже самых незначительных вещей, но прежде всего по поводу работы. Энн советовала ему успокоиться,

напоминала ему, что он уже показал себя во Флориде. Она в большей мере, нежели когда-либо, предлагала ему свою нежность и утешение, которые ему были так нужны, но которые, как он понял, он в самые свои кризисные моменты не всегда мог принять.

Однажды утром — это была середина декабря — зазвонил телефон. В этот момент Гай лениво рассматривал свои чертежи и рисунки дома в штате Коннектикут.

— Привет, Гай. Это Чарли.

Гай и без того сразу узнал голос, и все его мускулы напряглись, готовые к борьбе. Но Майерз сидел в этой же комнате и ему было всё слышно.

— Как вы поживаете? — спросил Бруно с теплой улыбкой. — С Рождеством.

Гай тихо положил трубку и взглянул на Майерза, архитектора, с которым они делили в качестве офиса одну большую комнату. Тот по-прежнему стоял, склонившись над чертежной доской. Под краем зеленой портьеры были видны голуби, клевавшие зерно, которое Гай и Майерз только что насыпали им на подоконник.

Телефон зазвонил снова.

— Я хотел бы увидеть вас, Гай, — сказал Бруно.

Гай встал.

— Извините, мне не до встреч с вами.

— В чем дело? — Бруно деланно хохотнул. — Вы нервничаете, Гай?

— Просто мне не до встреч с вами.

— О'кей, — произнес Бруно оскорбленным тоном, с хрипотцой.

Гай подождал, решив первым не отступать, и дождался, пока Бруно повесил трубку.

У Гая пересохло в горле и он подошел к фонтанчику для питья в углу комнаты. За фонтанчиком солнечный луч четко по диагонали перечерчивал большую фотографию с воздуха комплекса «Пальмиры» из четырех сооружений. Гай отвернулся от фотографии. Его просили выступить на его бывших архитектурных курсах в Чикаго, Энн ему наверняка напомнит. От него ждали статью для ведущего журнала по архитектуре. Поскольку заказов не было, «Пальмира» стала для него публичным заявлением, что его будут бойкотировать. А почему нет? Разве он не обязан «Пальмирой» Бруно? Или, во всяком случае, какому-то убийце?

Несколько дней спустя снежным вечером они с Энн спускались по каменным ступенькам дома на 55-ой улице, где жил Гай, когда он увидел высокого человека без головного убора, стоявшего на тротуаре и смотревшего в их сторону. Плечи Гая тревожно дернулись, а рука непроизвольно покрепче обхватила Энн.

— Привет, — сказал Бруно, лицо которого было неразличимо в темноте, мягким и меланхоличным голосом.

— Привет, — ответил Гай, словно незнакомцу, и пошел с Энн дальше.

— Гай!

Гай и Энн разом обернулись. Бруно направлялся к ним, держа руки в карманах верхней одежды.

— В чем дело? — спросил Гай.

— Просто хотел поздороваться и спросить, как вы поживаете, — ответил с удивленной и обиженной улыбкой Бруно, не сводя

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.