Библиотека

Незнакомцы в поезде стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

удивления и недоверия, как это бывало с ней, когда он говорил что-то во гневе или возмущении, чего Энн не одобряла и не понимала.

— Ты ожидаешь этого с чьей-то стороны? — спросила она.

— Я просто хочу знать! — торопливо выпалил он. Чего тут не понять? Это же так просто!

— В такие времена, — спокойным тоном произнесла она, — ты заставляешь меня думать, что мы совершенно чужие люди.

— Прости, мне жаль, — буркнул он, почувствовав, как она порвала невидимую связующую нить между ними.

— Не думаю, что тебе жаль, иначе ты не делал бы таких вещей! — Она в упор смотрела на него, стараясь при этом сдерживать свой пыл, хотя в глазах появились слезы. — Это вроде того дня в Мехико, когда ты разразился тирадой против Мириам. Мне такие вещи претят, я не такого рода человек! В такие моменты я чувствую, что совсем не знаю тебя!

«И не люблю тебя», — добавил про себя Гай. Ему казалось, что она отдаляется от него, оставляет попытки понять его, что ее любовь уходит. Гай стоял растерянный, неспособный пошевелиться или выдавить из себя словечко.

— Раз ты спрашиваешь меня, — продолжала Энн, — то, я думаю, это немаловажно, если кто-то тебя обвинит в таких вещах. И я хочу знать, почему ты ожидаешь такого оборота? Почему?

— Я вовсе не ожидаю!

Энн развернулась и пошла в ту сторону, где был тупичок, и там остановилась, опустив голову. Гай последовал за ней.

— Энн, ты меня не знаешь? Меня никто в мире не знает так, как ты. Я не хочу иметь секретов от тебя. Просто мне пришло это в голову, вот я и спросил тебя.

Он почувствовал, что сделал признание, и тут же с облегчением почувствовал, что у него внезапно появилась уверенность — такая же, как раньше, когда он думал, что Бруно уже отправил письмо, — что Бруно не отправил его и не отправит.

Энн смахнула слезу с уголка глаза и безразличным тоном произнесла:

— Гай, хочу тебя спросить об одном: ты кончишь когда-нибудь во всем ожидать худшего?

— Да, — сказал он. — Господи, да.

— Пойдем в машину.

Они провели весь день с Энн, вечером поужинали в ее доме. Письма от Бруно не было. Гай выкинул эту возможность из головы, считая, что был кризис и прошел.

В понедельник вечером, около 8 часов, миссис Маккосленд позвала его к телефону. Это была Энн.

— Дорогой… Мне кажется… Я несколько в замешательстве…

— В чем дело? — спросил Гай, уже поняв, в чем дело.

— Я получила письмо. Сегодня утром. О том, о чем ты говорил в субботу.

— Что такое, Энн?

— Насчет Мириам. Напечатано

на машинке. И не подписано.

— О чем там? Прочти мне.

Энн читала дрожащим голосом, но, как всегда, четко:

— «Дорогая мисс Фолкнер, Вам, может быть, будет интересно узнать, что Гай Хейнз причастен куда больше к убийству своей жены, чем в настоящее время об этом думает закон. Но правда откроется. Я думаю, Вам это полезно знать, если у Вас есть планы выйти замуж за этого двуличного человека. Сверх того автор настоящего письма знает, что Гаю Хейнзу недолго оставаться на свободе». И подпись: «Друг».

Гай закрыл глаза.

— Боже!

— Гай, ты не знаешь, кто это мог бы быть? Гай! Алло!

— Я слышу.

— Так кто?

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.