Нежность августовской ночи стр. 180
«лейка» нужна! Сколько можно тебя просить…
– Ах, ты о «лейке» своей все время думала… На меня тебе наплевать! – дрожащим голосом проговорил Толик и отступил назад, разглядывая бывшую жену с ног до головы. – Лицемерка… Чудовище!
– Ну что ты как ребенок, как подросток себя ведешь… Любит – не любит, вспоминает – не вспоминает… Ты мужик или кто? Сделай, что обещал, и точка! – с ожесточением отчеканила Евгения.
– А ты – женщина? Кто ты? Ты истеричка. Стерва, хамка, скандалистка!
– Я? Да это ты истерик! – возмутилась она. – Послушай, Толик, так себя взрослые люди не ведут… Ты хороший, но…
– А я еще всю душу перед тобой
вывернул, о мечте своей рассказал! – не слыша ее, схватился за голову бывший муж. – Я с ней как с человеком, а она…
– Ты же не видишь других людей! Ты не слышишь их! Ты только о себе… ты не способен думать об окружающих!
– Я? Я, который придумал клуб одиноких сердец? Я думаю о людях! – заорал Толик.
На стене метались их черные тени – комичный и страшный эффект.
– Неправда, – затрясла головой Евгения. – Ты не о людях думаешь. Ты думаешь о том, как они будут тебе благодарны. Ты хочешь, чтобы о тебе все говорили. Чтобы тебя уважали…
– Да! Я хочу помочь людям! Я делом занимаюсь, а ты – какой-то ерундой… Фотография! – Толика опять трясло, теперь уже от ненависти. – Что такое твоя фотография? Это всего лишь отражение жизни… Не жизнь, а ее от-ра-жение! Нет занятия более бесполезного, пустого и ненужного – чем фотография…
– Да ты же мне завидуешь, – упрямо возразила Евгения. – Ты когда-нибудь анализировал свою жизнь, свое поведение, мотивы своих поступков? Ты, Толик, мне всегда завидовал – что я делом занимаюсь, что у меня есть дар – творить, а у тебя нет ничего… Ты даже денег не можешь заработать – без помощи своей мамочки!
На Толика после этих слов страшно было смотреть.
Евгения уже жалела о том, что опять сорвалась, опять проявила несдержанность.
Он вдруг подскочил, потащил ее в распахнутые двери старого дома – туда, в черноту, пропитанную подвальным, сырым запахом. Евгения попыталась вырваться – бесполезно.
– Я тебя убью… вот прямо сейчас… – бормотал Толик бессвязным голосом. – Ты мне всю жизнь испортила… Ведьма!
Его руки были у нее на шее, Евгения задыхалась. Она вдруг ясно поняла – Толик действительно хочет ее убить. Она сама довела его до такого состояния. Она сама…
– Прости… – едва слышно выдохнула она.
Толик сразу же ослабил хватку, отпустил Евгению. Здесь, в темном подъезде (лишь немного света от прожекторов пробивалось через распахнутую дверь), были едва различимы контуры лестницы, дверей, какой-то рухляди… Евгения не видела лица Толика. Чего ждать от бывшего мужа? Он успокоился? Он пришел в себя?..
– Еще не хватало… еще не хватало руки о тебя марать, – с отвращением произнес Толик. – Мало ты мне жизнь портила… Я не стану тебя убивать. Я еще поживу на свободе, успею много чего хорошего сделать… помочь людям…
– Как помочь? Построить клуб? – Евгения, хоть и зареклась уже с ним спорить, все же молчать не умела. – Разве это помощь? Да и нужна ли помощь этим дуракам, которые придут в твой клуб пиво пить и музыку слушать?.. Одинокие они… Не