Ночь любви стр. 3
на балкон, резко звякнув шпингалетом.
Через минуту он возник в проеме, держа щепотью какую-то малую вещицу. Присел на стул напротив меня, закинув ногу на ногу.
— Отыскал. Вот смотрите… — он положил мне на ладонь тяжелый перстень из белого металла. Перстень тускло поблескивал матовой полировкой и только на плоскости треугольной головки была резьба — тонкое изображение глаза со вставленным на место зрачка голубым камешком.
— Примерьте на палец, Михаил Фомич. Видите — индикатор засветился. Сейчас вы выйдете из дома и вернетесь сюда с человеком, на которого укажет камень. Он прячется где-то неподалеку отсюда. Пока вы идете по его следу, кольцо будет светиться и погаснет, как только вы отклонитесь от маршрута. А я останусь здесь, чтобы оградить вас от вмешательства нежелательных пришельцев. Да, чуть не забыл — как только найдете того, кто нам нужен, сразу же покажите ему кольцо. Это будет гарантией вашей лояльности. И, пожалуйста, не удивляйтесь его виду, наш друг — странное существо.
Вы его сразу узнаете, да и кольцо подаст звуковой сигнал, когда вы приблизитесь вплотную. Конечно, я и сам мог бы туда отправиться, только лучше, если я буду прикрывать вам тылы. И не вздумайте попасться еще раз на удочку той девицы, если она вам встретится. Очень опасная тварь!
— Да-да, понимаю, — снова кивнул я головой, СПИД, наверное?
— Если бы… — развел руками мой собеседник. — Тут бы от вас и СПИДа не осталось! Вот, кстати, вам на всякий случай! — и он вложил мне в ладонь маленький пистолет. — Стреляет бесшумно, парализующими иглами, так что, если понадобится, стреляйте смело, не бойтесь взять грех на душу.
Я повертел пистолет в руках:
— А кто вы такой, собственно говоря?
— Можете называть меня Викентий Петрович. Фамилия Алябьев, происхожу по прямой от известного композитора. Песенку такую, «Соловей», слышали? Только в отличие от пращура у меня другая работа! — и он кивнул на пистолет. — Не вижу причин, Михаил Фомич, чтобы вам не помочь Отечеству!
Вот всегда они так, эти… «Родина», «Отечество», «Народ»… Килограммы и килограммы патриотических словес, а сами — пистолет в руки.
Я решительно отодвинул оружие:
— Услуга будет только в обмен на полную информацию. На исчерпывающую!
Алябьев снова кривовато улыбнулся:
— Ну уж, и на исчерпывающую… Я и сам в полном объеме не ознакомлен. Ну да, впрочем, вы человек проверенный…
— Проверенный?
— Да. Мы там у себя подняли архивы, внимательно изучили ваше досье. Пухлое у вас досье, Михаил Фомич. Но — ничего вопиющего. Так, в юности фрондерство, с кем не бывает. Потом остепенились, за малой малостью. Но и малость эта, в общем-то, ерунда.
Так что наверху, он кивнул куда-то в сторону люстры, — вашу кандидатуру одобрили. А то, что вы на досуге фантастические рассказики пописываете, — тоже не грех. Значит поверите мне быстрее.
— Ну-ну…
— А вы не иронизируйте! Видали, наверное, ходят по рукам, в списках, как говорится, всякие псевдонаучные протоколы и лекции, из которых обыватели делают вывод, что армия наша занимается тайком от широких научных кругов изучением разнообразных парапсихологических явлений и следов визитов НЛО. Приходилось в руках держать такие бумажки?
Я молча кивнул.
— Так вот, уважаемый Михаил Фомич, это все — подделки. С парапсихологией, правда, есть кое-какие нюансы, а вот с летающими тарелочками контакта никакого