Ночная прогулка стр. 48
без лишних нравоучений.
Еще утром, до дневной суеты, заваривая себе очередную порцию кофе, Виктор спросил у Кати:
– Все нормально?
– Да, пап, – она допивала апельсиновый сок, отложив мобильник телефон.
– Уверена?
– Ну да…
– По тебе не скажешь.
– Сейчас приведу себя в порядок и не буду такой растрепанной и бледной.
– Прическа и косметика, подозреваю, не помогут.
– Помогут. Не переживай. И не думай обо мне. У кого сегодня день рождения?
– У кого? – Виктор налил в крохотную чашку крепкий черный кофе. Глотнул. – Хорошо!
Виктор сел напротив Кати – за круглый кухонный стол, заправленный матерчатой кремовой скатертью с двумя красными дорожками и украшенный вазочкой с благоухающими садовыми розами.
– Прости, что лезу. Не хочу, чтобы ты сегодня загрустила и истязала себя, не пойми чем.
– Обещаю, не буду.
Молчание.
– Хорошо. – Виктор понял, что Катя не хочет открываться ему, сменил тему. – Не верится, что мы встретились шестнадцать лет назад. Шестнадцать!
– И мне.
– Что-нибудь помнишь?
– Горячее какао.
– И все?
– Отрывками. – Она задумалась. – Но больше всего запомнились портрет красивой женщины, вкусный какао и мягкое кресло, в котором я уснула. А ты все помнишь, да?
– Словно это было вчера.
Он нисколько не лукавил. Эти воспоминания были особенными, настолько теплыми и нежными для дел сердечных, что не раз помогали ему справляться с депрессией.
– Не удивил. Учитывая, как часто ты рассказывал эту историю на разных семейных праздниках.
– Можно признаться?
– А взамен ты не потребуешь от меня откровений?
– Нет.
– Тогда давай.
– Что-то или кто-то подсказало мне не отпускать тебя, когда ты уснула на кресле, а я смотрел на тебя и не мог налюбоваться этим прелестным личиком. – Виктор взял холодную руку дочери и нежно поцеловал её. Катя в ответ обняла Виктора и положила голову на его плечо. – Не объяснить словами. Короче, я знал, что удочерю тебя.
– Сейчас тоже будет откровение, – игриво заявила Катя.
– А не хотела.
– Передумала.
– Я в предвкушение.
– Когда ты думал, что я сплю – я не спала.
– Даже так? Снова притворялась?
– Еще как! Но для благих целей. Это кто-то была – я. Именно я подсказывала тебя, что удочерить меня будет самым лучшим решением для тебя.
– Я-то не догадался. Вот ведь я, незадавшийся Шерлок!
– Вот так.
– Не жалеешь о том, что наколдовала, моя юная мисс?
– Еще спрашиваешь?
– Спрашиваю.
– Ты знаешь ответ, мой любимый папочка.
– Знаю, доченька, знаю.
Виктору не хватает слов, объяснить ей, как он любит – всецело и всеобъемлюще. Как отец дочь – просто так. А нужны ли слова, когда и без слов все ясно?
– Спасибо, что подсказала, – в итоге сказал Виктор.
– Не за что.
Когда постучали в дверь, Катя вздрогнула, вернувшись из воспоминаний в реальность.
– Да, войдите? – сказала она, успевая убрать с лица выбившиеся пряди волос и натянуть полуулыбку.
– Можно побеспокоить?
Арсений вихрем ворвался в ее владения.
– Ой, Арсюшка. – Они обнялись, посмотрев друг на друга, оценивающее и в то же время сковано. – И давно ты носишь такие шикарные бакенбарды?
– Месяца три, – просиял Арсений и уселся на плетеный стул. – Тебе нравится?
– Очень.
– Я тоже заметил, что ты отрастила волосы.
– Мне идет?
– Похорошела.
– За комплимент спасибо. Почему опоздал?
– Опоздал? Я пришел за час до пьянки!
– Опоздал, – наставила Катя, достав из верхнего ящика комода мешок