Ночные крылья стр. 60
религиозного дома с двумя колокольнями, принадлежавшего древним христерам, меня привлекла будка сомнамбулиста, и я вошел туда. Я редко общался с членами этой гильдии, ибо опасаюсь шарлатанов, а их в наше время развелось великое множество. Сомнамбулист в состоянии транса говорит о том, что было, есть и будет. Я знаю кое-что о том, что такое транс, ибо, будучи Наблюдателем, я входил в это состояние четыре раза в день. Но наблюдатели, гордясь своими искусством, всегда презирали тех, кто использует внутреннее видение ради обогащения. А именно таковы сомнамбулисты. Однако на нынешней своей службе я, к своему удивлению, узнал, что сомнамбулисты часто дают консультации при раскопках и вообще нередко помогают Летописцам. Я подчинился любопытству, хотя и с некоторой долей скептицизма, и, кроме того, решил, что здесь можно найти убежище от бури, которая должна разразиться в Зале Летописцев.
Человек с изящной фигурой, облаченный в черное, приветствовал меня желанным поклоном, когда я вошел в будку.
Я Самит из Сомнамбулистов, – представился он тонким хныкающим голосом. – Приветствую тебя и желаю добрых вестей. Моя компаньонка – Мерта.
Передо мной предстала грузная женщина в кружевном одеянии с одутловатым лицом, черными кругами под глазами и небольшими усиками.
Сомнамбулисты всегда работают в паре – один зазывает, другой же рассказывает.
Обычно это муж и жена. Дико было представить себе, как миниатюрный Самит обнимает эту гору плоти.
Я сел там, где он указал. На столе лежали пищевые таблетки нескольких расцветок – очевидно я прервал семейный завтрак. Мерта в глубоком трансе шествовала по комнате большими шагами. Говорят, что некоторые сомнамбулисты просыпаются всего на два-три часа из двадцати только для того, чтобы принять пищу и совершить другие прогулки.
Я едва прислушивался к тому, как Самит заученными словами рекламировал свои услуги. Это предназначалось для невежественных – ведь сомнамбулисты чаще всего имеют дело с представителями низших гильдий.
Наконец, видя мое нетерпение, он спросил, что я хочу узнать?
– Я хочу знать судьбу тех, кто окружает меня. Особенно же хочу, чтобы Мерта сосредоточилась на том, что происходит сейчас в Зале Летописцев.
Самит постучал ногтями по ровной поверхности стола и бросил взгляд на коровоподобную Мерту.
– Ты ощущаешь истину? – спросил он.
Ответом был долгий и легкий вздох, исторгнутый из самых глубин ее подрагивавших телес.
– Что ты видишь? – последовал следующий вопрос.
Она начала что-то бормотать. Сомнамбулисты говорят на языке, на котором кроме них не говорит никто на Земле, – это какие-то резкие звуки.
Некоторые утверждают, что их язык происходит от древнего языка Эгапта. Я ничего не знаю об этом. Для меня ее речь звучала нечленораздельно и бессмысленно. Самит слушал ее некоторое время, затем, удовлетворенно кивнул головой, протянул ко мне ладонь.
После непродолжительного торга мы договорились о цене.
– Теперь разъясни мне истину, – предложил я.
Он не очень уверенно начал говорить:
– В этом замешаны чужеземцы, а также несколько членов гильдии Летописцев.
Я молчал, ничем не выказывая своего интереса.
– Они все втянуты в серьезную ссору. Причина ее – это человек без глаз.
Я резко выпрямился.
На губах Самита появилась торжествующая улыбка.
– Человек без глаз потерял свое высокое положение. Он землянин, пострадавший от завоевателей. Скоро ему наступит конец. Он хочет возвратить свое положение, но знает, что это невозможно. Он