Ночные крылья стр. 61
послужил причиной того, что один из Летописцев нарушил клятву. В Зал Летописцев пришло несколько завоевателей – что, они хотят наказать его? Нет, нет. Они хотят освободить его из плена. Продолжать?
– Да!
– Ты услышал все, за что заплатил.
Я поморщился. В общем сомнамбулистка увидела истину. Правда, пока я не узнал ничего нового для себя, но был достаточно заинтересован и поэтому добавил денег.
Самит забрал мои монеты и снова посовещался с Мертой. Она говорила долго, крутилась несколько раз, падала на диван.
Наконец Самит продолжил:
– Человек без глаз стал между мужем и женой. Муж в ярости и требует, чтобы того наказали, но завоеватели
отказываются. Они ищут скрытую истину, они ее найдут с помощью предателя. Человек без глаз ищет свободы и власти, но найдет лишь покой. Женщина ищет развлечений и получит неприятности.
– А я? – нетерпеливо спросил я. – Ты ничего не сказал обо мне.
– Ты вскоре покинешь Перриш таким же образом, как и вошел в него. И уйдешь не один. Ты не останешься в той гильдии, в которой состоишь сейчас.
– А куда я пойду?
– Ты знаешь это не хуже нас, – зачем тратить свои деньги на это?
Он снова умолк.
– Скажи, что мне суждено в Ерслеме? – спросил я.
– Эту информацию ты не можешь получить. Раскрытие будущего стоит очень дорого. Удовлетворись тем, что уже узнал.
– Я хочу кое-что уточнить.
– Мы не разъясняем ничего ни за какие деньги.
Он равнодушно смотрел на меня. Мерта все еще бродила по комнате, стонала и бормотала. Силы, с которыми она была в контакте, очевидно, сообщили ей новую информацию. Она хныкала, дрожала и издавала какие-то кудахчущие звуки. Самит заговорил с ней на их языке. Она ответила. Он взглянул на меня.
– Это бесплатно, – заявил он, – последняя информация. Твоя жизнь вне опасности, но в опасности, твой дух. Было бы неплохо, если бы ты пришел к согласию с Волей, и при том как можно скорее. Восстанови свое моральное здоровье. Вспомни об истинных ценностях. Искупи грех, который ты совершил с благими намерениями. Больше я ничего не скажу.
Мерта пошевелилась, похоже, проснулась. Ее глаза открылись, но я видел только белки – ужасное зрелище. Ее толстые губы кривились, открывая испорченные зубы. Самит выпроводил меня быстрыми жестами своих крошечных рук.
Я вышел в темное дождливое утро и торопливо возвратился к Залу Летописцев. У меня прервалось дыхание, болела грудь. Перед входом в здание я остановился на минуту, чтобы собраться с силами. Мужество почти покинуло меня, но в конце концов я вошел и поднялся на уровень, где находились апартаменты Элегро и Олмейн.
Мне пришлось пройти мимо группы возбужденных Летописцев. До меня донеслось жужжание их голосов. Человек, которого я узнал, один из высших чиновников гильдии – поднял руку и спросил:
– Что привело тебя сюда, ученик?
– Я Томис, которому попечительствует Летописец Олмейн. Моя комната рядом.
Меня схватили и втолкнули в знакомую комнату, которая сейчас была в полном беспорядке.
С десяток Летописцев стояли там, нервно теребя свои шали. Среди них выделялся элегантностью канцлер Кенишел. Его глаза были полны отчаяния.
Слева от входа в луже крови, скорчившись, лежал Принц Роума. В противоположной стороне комнаты около полки с прекрасными произведениями искусства Второго Цикла лежал Летописец Элегро. На