О долгах, ритуалах и живых покойниках стр. 31
опасна.
14.
Кружка еще теплого тонизирующего отвара была весьма кстати, но это не спасло мальчишку от уничижительной реплики о путающихся под ногами балбесах, не способных к элементарным зельям.
— Мистер Фрейзер, все ли ингредиенты принес мистер Малфой утром или вам еще что-нибудь может понадобиться? — пропустив слова зельевара мимо ушей, спросил Франко.
— Из заявленного все, — Северус убавил огонь под котлом.
— А что-то сверх списка вам нужно?
— Сомневаюсь. В чем дело? — почему-то попытки быть вежливым в исполнении Франко раздражали не меньше, чем его дерзость в школе.
— К закату все виды магических перемещений станут не доступны. Если чего-либо не достает, еще есть время, чтобы это исправить, — ответил артефактор.
— Люциус? — вопросительно приподнял бровь Снейп.
— Уже ушел, — подтвердил его догадку Франко.
Зельевар допил содержимое кружки и отдал ее артефактору. За тринадцать лет Поттер все-таки научился понимать намеки и без лишних слов ушел из лаборатории. Снейп вернулся к котлу с зельем.
От переносной жаровни он отошел, закончив с третьей фазой приготовления Крови Ниалла. Аккуратно прикрыв крышкой уже отливающее багрянцем содержимое котла, Снейп позволил себе устало опереться на стену. Голова гудела, спину простреливало болью от долгого бдения над котлом, а ажурный амулет на руке ощутимо нагрелся, что чувствовалось даже сквозь плотную ткань бинта. Что ж, на ближайшие два часа он свободен…
К его удивлению, в доме никого не было. В углах большой комнаты сгущались лиловые тени, в печке светились алыми огоньками угли, на столе все так же лежали люциусовы полуразворошенные свертки. Тишину, царившую в комнате, нарушали лишь потрескивание углей, еле слышное дребезжание стекла в окнах и звук далекого прибоя. Раздосадованный Снейп уже хотел уйти обратно в подвал, но тут в окне промелькнула тень, и в бывший приют контрабандистов вошел артефактор. В помещении ощутимо посвежело, будто мальчишка принес с собой частицу моря.
— Как вы себя чувствуете, мистер Фрейзер? — спросил Франко.
Он поднял с пола рядом с печью лампу, зажег ее и подвесил к крюку в потолке. Зельевар поморщился: с непривычки синий магический огонек резал глаза.
— На удивление неплохо, — ответил он, садясь в кресло. — Ваше изделие нагрелось. Это нормально или, как всегда, вы подобного эффекта не ожидали?
Франко неопределенно покачал головой, достал палочку и сделал несколько пассов над левым предплечьем Северуса.
— Все в порядке, не волнуйтесь. Просто реакция на вашу Метку.
— Очаровательно! А дальше что, почерневшая рука, как у Дамблдора?
— Не угадали, — так-так-так, кажется, кое-кто пытается язвить в ответ, — больше, чем сейчас браслет не нагреется. Вы есть хотите?
Недурная попытка перевести тему, но и только. Есть ему действительно не хотелось, но что бы то ни было в рыбе, это не так важно.
— Нет. Почему артефакторика?
Франко сел на соседнее кресло и налил в себе в кружку очередную порцию чая.
— Будете? — Снейп кивнул. — А почему зельеварение? — спросил он, наполняя вторую кружку.
— А как же аврорат? Минерва, помнится, во всеуслышание заявляла, что приложит все усилия, чтобы Гарри Поттер смог подать свое заявление в аврорскую академию, — и потрепала и так изрядно пострадавшие в