О голубка моя стр. 91
виде́ние, чем бы оно ни являлось.
Словом, после выздоровления у Егора осталось лишь две главные радости, которые так и не смогли померкнуть.
Во-первых – Тая. Ее забота, ее любовь. Любовь Егора к ней.
Во-вторых – Юрка. Друг все-таки нашел в себе силы простить его, дурака и негодяя… И не просто простил, а еще и спас, достав в короткие сроки дорогущий и редкий препарат.
Пожалуй, это и есть счастье – когда рядом с тобой такие люди. Любимая и – лучший друг. Что еще надо для мужчины? Ни деньги, ни карьера, ни наличие недвижимости – ничего не может заменить людей. Близких людей.
Скоро Егор почувствовал себя окончательно выздоровевшим.
…После выписки поехали к Тае, не к Егору.
Тая не хотела идти туда, где все, каждая вещь – напоминало о Лизе. Нет, его женщина не вставала в позу, не произносила грозных монологов из серии: ах, ни за что и никогда я не пойду в тот дом, где до меня жила другая, та, что когда-то разрушила мой брак… Нет, Тая, далекая от пафоса, ничего подобного не говорила. Но по ее реакции, ее вскользь вырвавшимся замечаниям Егор давно все понял.
Ну не хочет Тая ехать к нему домой – и не надо. Егор уже ни на чем не настаивал. Наверное, стал мягче, спокойнее, утратил прежнюю мужскую авторитарность…
Даже больше того. Ему словно все равно стало, где и в каких условиях он живет. Привередливость, нетерпимость, капризы тоже покинули его.
Да какая разница! Главное – с кем, а не где. Нужно выбрать главное, а не воевать из-за мелочей.
В один из вечеров, уже засыпая, Егор пробормотал:
– Напомни мне завтра перед работой, что я Тягуновым собирался позвонить.
Тая, лежавшая щекой на его плече, вздрогнула, приподнялась:
– Ты хочешь с ними встретиться?
– Нет. Они мне денег должны. Уже давно. То есть уже давно обещали отдать. Забыли, наверное. Надо им напомнить.
– Сколько?
– Шестьсот тысяч.
– Сколько?!
– Шестьсот тысяч. Рублей. А что?
– Какая… огромная сумма, – пробормотала она.
– Ну да. Вот так вышло. Они отдадут, я знаю.
– Я не о том… – Тая заерзала, села в кровати.
– Что тебя беспокоит, птичка моя? – ласково спросил Егор. Затем включил свет, тоже сел напротив нее.
– Долги. Все долги надо отдавать, – серьезно заявила Тая.
– Я знаю.
– А ты отдай свой долг Юрию. Те же самые шестьсот тысяч.
– Он отказывается. Ты думаешь, я не пытался? – усмехнулся Егор.
– Все равно отдай. Вот получишь эту сумму, которую тебе должны Тягуновы, отдай ее Юре.
– Хорошо. Даже больше того. Я скажу Тягуновым, чтобы они сразу перечислили эти деньги на Юркин счет. Потом проверю. Но почему тебя это так беспокоит?
– Все долги надо отдавать, – упрямо, даже исступленно повторила Тая. – Даже если есть возможность увильнуть, даже если… Потому что то, что должен, – уже не твое. Этим нельзя пользоваться. Чужие деньги. Нельзя брать чужие деньги, даже если вот они, у тебя под носом лежат, и никто не узнает, что ты ими воспользовался, никто тебя не упрекнет в этом, не подаст в суд.
Егор с Лизой никогда не говорили о деньгах. Потому что Егора это бесило. Он считал, что, говоря о деньгах, в смысле – суя нос в
кошелек