Обещание нежности стр. 127
тайник красноречивейшим образом рассказывал ему, как именно развивались события: Варя — наследница клада, Воронцов — ее помощник, облеченный должностями и связями, так зачем им третий лишний в их крепкой связке?… Он верил своему одиночеству и «ничейности», потому что в родительском доме, как он узнал сегодня, никто не собирался ждать его возвращения во что бы то ни стало и вопреки всему. И никто даже и не думал искать мальчика, пропавшего много лет назад по воле чужого честолюбия. Он верил в то, что все кончено навсегда, потому что именно такой, казалось ему, и должна была быть его судьба, и именно этого — последней потери, последнего предательства — он подспудно, постоянно, сам не желая того, ждал от мира…
А когда Андрей Сорокин совсем уже перестал ждать, ему показалось вдруг, что в пустом особнячке кто-то есть. Кто-то почти бесшумно двигался по ночным коридорам, мягкие движения едва слышно стелились по полу, и только колебание воздуха да слабое дуновение чужого дыхания указывали сторожу на присутствие незнакомца. Андрею не было страшно (он вообще больше ничего уже не боялся), но и любопытно ему не было тоже — не все ли равно, кто вдруг решил потревожить его покой?… И только когда чуть приоткрытая дверь в его комнатку скрипнула, открываясь еще шире, он приподнялся из-за стола и сумел разглядеть своего гостя.
Огромный черный кот сидел на пороге, обвив длинным хвостом передние лапы. Кот был худ, измучен и явно голоден, но даже поредевшая от долгих скитаний шерсть и настороженно-строгое выражение зеленых глаз не могли скрыть его породы, благородного достоинства и его особенного, почти по-человечьи проницательного ума.
Андрей звонко, совсем по-мальчишечьи присвистнул от неожиданности и, подойдя к гостю, опустился на корточки рядом с ним.
— А ведь мы с тобой знакомы, — задумчиво сказал человек, протягивая руку к зверю. — Ты — Бегемот, верно?
Кот повел ухом, сбрасывая фамильярно почесывающую его незнакомую руку, и издал короткое мяуканье, в котором при желании можно было расслышать подтверждение сказанному. А затем потянулся так грациозно, как это умеют делать только его собратья, и, не ожидая приглашения, запрыгнул на руки к Андрею.
Потом они долго еще сидели вдвоем на узкой кровати, и кот, деликатно, хотя и поспешно доевший предложенные ему остатки колбасы, теперь умывался рядом с новым хозяином, время от времени принимаясь мурлыкать и тут же сконфуженно замолкая, словно устыдившись неуместной лиричности. А Андрей говорил то ли с ним, то ли с самим собой, вовсе не нуждаясь ни в чьих ответах и чувствуя тем не менее непонятное облегчение и смутную благодарность судьбе за то, что она позволила ему не коротать эту грустную ночь в полном одиночестве.
— Ты понимаешь, — говорил он Бегемоту, поглаживая его по спине, — я ведь могу точно узнать, где сейчас Варя, с кем она, что говорит про меня, что думает… Я скучаю по ней, я так бы хотел услышать сейчас ее шаги!..
Зверь молчал и не двигался, и Андрей продолжал, не меняя тональности голоса и говоря тем глубоким, задумчивым тоном, каким говорят обычно люди отчаявшиеся и совсем не заботящиеся о впечатлении, которое они производят на окружающих.
— Хочешь, я возьму тебя к твоей прежней хозяйке? — спрашивал он. — Я знаю,