Обещание нежности стр. 46
а? А то я ни за что не поверю, что ты и правда такое умеешь.
— А я тебе на чем-нибудь другом докажу, — поддразнил его брат.
— Не-а, — замотал головой Павлик. — Других доказательств мне не надо. Выручай, а то ведь пропадем! Ладно я, а Оля вообще сочинения плохо пишет.
— Хорошо, — вздохнул Андрей, становясь серьезным. — Надо, значит, надо.
Честно говоря, никаких особых внутренних моральных запретов у него по этому поводу не было. Школяры всех времен и народов почитали долгом чести как-нибудь надуть преподавателей. А уж выведать заранее экзаменационные темы, подсмотреть билеты — вообще святое дело. Только вот все-таки ему было как-то непривычно обманывать людей не с помощью традиционных школьных шалостей, а с помощью своего дара. Андрей относился к нему трепетно и серьезно и разменивать на всякие пустяки не хотел. Это вначале, когда он только пробовал свои силы, он занимался всякими глупостями, а теперь он уже ставил перед собой более сложные задачи. И совсем не для того он открылся Павлушке, чтобы сделать из брата лентяя и обманщика… Но уж ладно, обещал так обещал. В конце концов, он это сделает только один раз.
На следующий день братья Сорокины едва дождались окончания уроков, чтобы занять наблюдательный пост у нужного окна в коридоре, расположенного прямо напротив учительской. Все в Павлушкином классе знали, что конверт с темами годовых сочинений привезут из гороно в три часа. Значит, примерно в это время Виктория Сергеевна и станет знакомиться с содержимым таинственной бумаги. Оставалось только дождаться ее рядом с главной комнатой учителей, а потом попытаться проникнуть вслед за ней в святая святых школы. И Павлик уже заранее приплясывал от нетерпения и испуга, не в силах сдержать нервную дрожь перед тем великим, что должно было свершиться на его глазах.
Они так увлеклись конспирацией, притворно разглядывая за окном какие-то несуществующие происшествия, что едва не пропустили нужного им человека. Но, к счастью, стук каблучков, а потом и звонкий голос Виктории Сергеевны оторвали их от размышлений о задуманном предприятии:
— Ребята, а почему вы все еще в школе?
Классная руководительница Павлика, еще молодая и очень (в отличие от той, что была у Андрея) симпатичная, стояла прямо перед ними и приветливо переводила взгляд с одного мальчика на другого. Ей всегда нравились братья Сорокины — они были неглупы и обладали той порядочностью, теми незримыми качествами характера, которые почти всегда отличают детей из хорошей семьи. Однако теперь она недоумевала, что могло понадобиться им рядом с учительской в такое время. И, видя, что они растерянно переглядываются и явно не собираются отвечать, она уже чуть встревожено переспросила:
— У вас все в порядке? Ничего не случилось?
— Ничего! — хором ответили мальчишки.
И, мгновенно успокоившись и улыбнувшись, теснее прижав к груди серый типично канцелярский конверт, она неспешно прошествовала в учительскую.
— Ну, вот, Андрейка. Теперь давай! — прошептал Павлик, едва сдерживая охватившее его возбуждение.
— Подожди. Пусть она спокойно сядет, распечатает конверт…
— Не надо ждать. Она может посмотреть темы и потом сразу убрать их куда-нибудь в стол. Пожалуйста, прошу тебя!
Братишка так нервничал, что Андрею стало жалко его. И, уже привычно сосредоточившись, позволив мысли, как он это делал всегда, расплыться и обтекаемо направиться в нужное ему русло, он