Библиотека

Обнесенные «Ветром» стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

очень настойчиво. Правильно это он сказал — в нашем деле без головы нельзя, без чужой.

От второго удара со стены Мишиного кабинета рухнул портрет Феликса Эдмундовича Дзержинского.

— Слушай, он что там, стены ломает?

— Да, чьей-то головой.

Заглянул Волков.

— Мужики, там в камере один орел мой сидел, а сейчас нету. Вы не забирали?

Петров с Соловцем дружно переглянулись.

— За что? — спросил Соловец.

— Да я с улицы его притащил, он прямо под моими окнами гадил, хотел мозги ему прочистить.

— Как твоего фамилия? — обратился Соловец к Петрову. Стена снова вздрогнула.

— Он прибьет его там. Мартынов — фамилия.

Соловец схватил трубку телефона:

— Алло, это Соловец, спроси у мужика в камере, как фамилия. Мартынов? А другой где? Борисов забрал? Все, отбой! Черт, он не того колет!

Соловец бросил трубку, и в этот момент дверь распахнулась, и в кабинет зашел потный и усталый Гриша. Рукава его рубашки были засучены, в зубах торчал потухший окурок.

— Фу! — Он упал в кресло. — Все, расколол. Вот паразит, а сначала: «Какие деньги? Какие деньги? Я, говорит, вообще в отдельной квартире живу, и соседки у меня нет никакой». Видал я подлецов, но таких! Ну, ничего, я тоже не лыком шит. Он сейчас явку с повинной строчит. Я уточнить зашел, сколько денег там

было, а то он почему-то не помнит.

— Пять штук, — как-то по инерции пробормотал Петров.

— Ну сходи, подскажи ему, я основное сделал, вы там сами доработаете.

Петров выскочил из кабинета и зашел к Соловцу. Парень, сидевший за столом, вздрогнул и вжал голову в плечи.

— Жив? — спросил Миша, взял у него из-под носа лист, тут же его скомкал и бросил в мусорную корзину. Потом он вытолкнул его из кабинета и произнес:

— Еще раз поссышь под окнами — отсюда не выйдешь. Уматывайся!

— А деньги кому принести?

— Какие деньги?

— Ну, тот, здоровый, сказал, что соседке ущерб возместить надо.

«Ну Гриша дает!» — про себя изумился Миша, а вслух сказал:

— Себе оставь, на лекарства.

Парень, держась за бок, побрел к выходу.

— Кивинов, на кражу. Ты дежуришь, не забыл? Зайди, возьми адрес, руки в ноги и вперед. Это тут, рядом, пешком дойдешь.

Кивинов, получив команду, бросил в папку свежие бланки протоколов и, взяв адрес, вышел из отделения. Перед входом стоял военный грузовик, на который четверо солдат при помощи разных приспособлений — всяческих шкивов и даже лебедки — аккуратно поднимали снаряд. Не обращая ни малейшего внимания на прохожих, старший безбожно ругался, ежесекундно спрашивая у подопечных:

— Вам что жить надоело, мудаки? Мне еще нет.

Кивинов ухмыльнулся и пошел в адрес.

Машина резко тормознула у подъезда. Вышедший из нее лощеный мужчина отработанным уверенным движением хлопнул дверцей, смахнул пыль с никелированного крыла и, перекинув через руку плащ, направился ко входу в парадное.

— Здравствуйте, Геннадий Петрович, — хором поприветствовали его бабушки, сидящие на скамейке. Человек молча кивнул. Выйдя из лифта, он достал ключи, сунул их в замок и тут понял, что дверь не заперта.

— Маша, это ты? — Геннадий Петрович перешагнул через порог и заглянул в комнату. Удар бронзовой статуэткой по носу послужил ему ответом на сей разумно поставленный вопрос. Падая, Геннадий Петрович понял, что это не Маша. Уже теряя сознание, он увидел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.