Около кота стр. 255
вы предлагаете? – спросил я, уже зная ответ.
– Драться, – грустно ответил он. – У нас есть я, есть кот и есть ты. Кот уже вполне способен к применению. Ты, насколько я понимаю, вообще всегда готов. Так что давай-ка, проверим сейчас твоё здоровье… а вечерком и поищем по окрестностям перевёртыша этого.
– А что Послания на сей счёт говорят, помните? – Я понимал, что переубедить его бесполезно, но всё равно цеплялся, точно утопленник за корягу. – Помните, что силой демонской не повергается дело демонское? Помните, что сказал праведный Хаанаш, когда предложили ему даварские колдуны своё служение?
– А я тебе напомню, Гилар, – перебил он, – что ты говоришь с человеком, который и так обречён преисподним пропастям. Мне ли бояться? Ну конечно, будь мы такими светлыми праведниками, как Хаанаш из Таригалайи… Но я не праведник, мою молитву Творец Изначальный не услышит. И ты, насколько я понимаю, тоже не достиг духовных высот Ханааша? По твоей молитве колдун падёт на землю в слезах раскаяния? Или ты способен упросить Творца, чтобы поджарил колдуна молнией? Или хотя бы у тебя тут под рукой есть пара десятков надзорских боевых братьев? Пойми же, у нас просто нет другого выхода. Когда придём в укрывище ваше, так своим и объяснишь. Не спалят же тебя за соучастие?
Ну и что мне оставалось делать, братья?
– Ладно, – вздохнул я. – Как там, в приглядской темнице, будем? Или вниз сходить, у бабуси свечек попросить?
– Обойдёмся и без свечек, – решил господин. – С тобой легко работать, поток душевной боли идёт плотный, почти не рассеивается. Если готов, начинаем.
Он велел мне лечь на спину, раскинуть руки. На живот мне положил кота, который, видно, почуял что-то и пробудился. Сам же господин Алаглани сел рядом на корточки, положил мне правую ладонь на лоб.
– Вспоминай, Гилар, вспоминай! – велел он. – Вспоминай, что грызёт твою душу, что вызывает ночные слёзы, что камнем давит, что ножом режет. Вспоминай, вспоминай, вспоминай.
Потяжелела моя голова, раздался в ушах привычный уже звон, и поплыло всё, закружилось, и оказался я совсем в другом месте. Но где я оказался и что вспомнил – расскажу, почтенные братья, чуть позже. Вы поймёте, почему так надо.
Когда солнце коснулось края дальнего леса, господин сказал: пора. Бабушке Суалагини он объяснил, что для лечения Хайгари нужны травы, которые собирать следует только после захода солнца, и что волноваться за нас нечего, мы перевёртышу без интереса, его только малые ребятишки привлекают.
Вышли мы за околицу, поглядели на рыжий закат – ну точно костёр кто разжёг у окоёма, полюбовались, как в низинах начинает клубиться
туман.
– Ну и где собираетесь колдуна ловить? – спросил я.
– Без разницы, – пояснил господин. – Отойдём только от деревни подальше, и я его найду, пошлю вызов, и он явится, просто не сможет не явиться. Давай, к примеру, на ту опушку сходим, где братцы перевёртыша встретили.
Между прочим, было зябко. Днём-то жара стояла, а ночи ещё холодные, сами знаете, в начале жароцвета всегда так. Если б не одолженный у бабушки зипун, совсем бы замёрз. Господин же был в той самой холщёвой рубахе, которую выдали ешё в Пригляде. Разве что зашитой и постиранной – добрая бабуся Суалагини, конечно, постаралась дорогих гостей ради.
Ну, что