Библиотека

Опасайтесь бешеного пса стр. 43

Размер шрифта
-
+
Тема

мысли Геннадия были о другом.

«Достали и тут!» — вот что он подумал, ощущая, что сердце у него в прямом смысле научилось замирать. Но ответил довольно спокойно:

— С чего вы это взяли? — Геннадий старался говорить как можно беспечнее…

— Да узнал я тебя! — радостно откликнулся медведь-зазывала. — Степу Мыльникова помнишь?

— Какого еще Степу? — проговорил, по-прежнему осторожничая, Геннадий.

Года два назад рэкетир Степа Мыльников дважды пытался на него наехать, но потом его вроде бы убили в разборке.

— Так это ж я! — И медведь хлопнул его по плечу. — Значит, так. Никуда не исчезай, есть дело. В двадцать три я сменяюсь. Стрелку забиваем тут за углом. Ладушки? Вот встреча, так встреча!

Похоже, что от Степы пакости можно было не ждать. И все же Геннадий пришел на стрелку, предварительно оглядевшись. Степа стоял один Сам по себе. И уже без шкуры. Зато у припаркованного «опеля»

— Тебя вроде бы Геной звали? — спросил он, когда они сели в его машину.

— Тут у меня имя слегка другое.

— Ага. Попросил Абрам Мойшу: «Мишенька, не зови меня больше Ваней».

Они поговорили про Питер, вспомнили нескольких знакомых.

— А был слух, что тебя замочили, — не удержался Геннадий.

— Правильный слух! — обрадовался Степа. — Я этот базар сам заказывал. Значит, помнят, жалеют? — продолжал веселиться он. — А я тут — и здоровый, как пряник!

Степа предложил ему работу — быть тем самым медведем — стоять за углом у входа в бар и приглашать прохожих. Он окучивал несколько похожих мест, на которые ставил русских нелегалов. Хозяева платили ему раза в полтора меньше, чем своим, Степа забирал еще двадцать процентов, но все были довольны.

— Я тут числюсь поволжским немцем из Казахстана, мне работа разрешена, — похвастался он.

— Кем-кем? — удивился Геннадий.

— Немцы жили на Волге, слыхал? Их еще вроде бы Екатерина туда позвала. Потом в войну Сталин услал их в Казахстан. А теперь это соединение с исторической родиной. Ну, я фуфло купил у одного мудилы, шпрехен слегка подучил — и вперед!

— Халява, сэр! — прокомментировал со смехом Геннадий.

— Это место сейчас — самое халявное в Европе, — согласился Степа. — Как раз для наших, которые при карло-марксизме привыкли жить. Для немцев главное, чтобы русских до работы не допускать. Они считают, что раз из России, так только улицы мести пригоден. Они рады все дать: и социал тебе и льготы, лишь бы ты не работал и не портил то, что они сами делают. Во страна! Кому — кайф, кому — хоть назад беги. Ну я-то тут, как немец, у меня все другое…

— Так у тебя право работать есть? — спросил с завистью Геннадий.

— А то! Марок накоплю, бар открою. — И он передразнил: — Вас вуншен зи? Немен зи пляц, битте. Ну, пойдешь зазывалой в медвежьей шкуре? Я сегодня, как хрен моржовый, тут отстоял вместо подставного. Он в Мюнхен уехал, а меня не предупредил.

Так постепенно дела Геннадия стали налаживаться. Он старательно занимался на языковых курсах, мечтал найти квартиру и копил на маклера. Особенно дела устроились, когда он встретил Ксанку из Воронежа.

Веселая тридцатилетняя девка Ксанка мечтала стать женой немца. Они познакомились, когда получали очередное пособие. Геннадий числился там, естественно, как Михаил, для Ксанки он таким и остался. В Воронеже она работала, как и он когда-то, в проектном

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.