Библиотека

Орден бесогонов стр. 147

Размер шрифта
-
+
Тема

действуют эти чары обездвиживания? Наверное, так и задумано.

Гостья поморщилась, огляделась так, словно считала всё вокруг нелепой, глупой декорацией шовинистических мужских игр, вздохнула и поманила меня пальчиком:

— Есть тема, тебе будет интересно. Но не здесь.

— А где?

— Не в этом мире, не в это время и не в эту историческую эпоху.

— Э-э…

— Я не обещаю, что тут всё будет хорошо, но, думаю, твой героический старик справится. Ты не доверяешь мне, мальчик мой?

Ну-у как сказать, чтоб не обидеть? По факту надо быть законченным идиотом, доверяя нечисти. Тем более такого высокого ранга. Я ведь отлично знаю, кто она и зачем пришла. Она также ничего не скрывает, поэтому пожелание мне всяческого благополучия явно стоит на последнем месте в списке её приоритетов. Об этом просто надо помнить и знать.

Даже если я нужен ей для достижения каких-то сугубо личных меркантильных целей, то по-любому это будет лишь соблюдение её интересов, а никак не взаимовыгодный компромисс.

— Майн либер фройнд?

Я опомнился и обернулся к неожиданно «отмершему» Анчутуке.

— Ты не должен никуда идти с ней, мон ами. Хочешь, я нажму на гашетку и… банза-а-ай!

— Нет.

— Уверен?

Мне даже не нужно было ничего отвечать. Он сам больше всего на свете боялся, что ему придётся в неё стрелять. Анчутка отлично понимал разницу в силах, мощи и статусе между собой и Якутянкой. Примерно как горбатый «запорожец», летящий по встречной полосе на новенький КамАЗ.

И да, он всё равно предложил вступиться за меня. И нет, он категорически не имел ни малейшего желания пасть смертью храбрых! Ни за себя лично, глубоко и нежно любимого, ни за отца Пафнутия, ни за кого-либо из нас всех по перечислению или списку.

Я прекрасно понимал это, но у меня не было к нему ни малейших претензий по этому поводу. В конце концов, у него своя жизнь, у нас своя, и, по сути, этим параллельным во Вселенной совершенно необязательно пересекаться, верно?

— Я выхожу!

— Обижаешь собаченьку…

— То есть мы с Гессом выходим!

Якутянка молча склонила голову в знак согласия. Декарт мне в бочку, надеюсь, хотя бы в этот раз мы всё сделали правильно. Очень надеюсь.

Безрогий брюнет, пользуясь минутным затишьем, менял пулемётную ленту. Я сунул в карман револьвер с серебряными пулями, святой воды у нас и в баньке всегда стоял целый бидон, пузырька хватит. Молитвенника, конечно, нет. Но так кто ж знал, когда она заявится с приглашением на рандеву? По-любому с десяток коротких молитв я наизусть знаю.

Подумав, я не стал брать шапку, ограничившись тулупом и шарфом, но пса укутал как следует. Ему из бани на мороз просто так выбегать нельзя, застудится в две минуты. У него и шерсти-то нормальной нет, здоровенный пёс, а простужается легче какого-нибудь пекинеса.

Рогатые немцы так и лежали в снегу, танк отца Пафнутия тоже не двигался, пулемёт не стрелял, звенела фронтовая тишина. Мир замер в предвкушении неизбежного. Якутянка сделала нам ручкой и, не оборачиваясь, пошла к нашей калитке. Отступать или менять решение поздно.

Мы, не сговариваясь, двинулись за ней след в след через тёмный двор, хрустя изрытым пулями снегом, местами уже перепачканным землёй, гарью и пятнами чёрной крови. Но трупов как таковых

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.