Осколки чести. Барраяр стр. 297
подумала Корделия. Похоже, что так. Привыкшая к дворцовой атмосфере Дру чувствовала себя как рыба в воде в отличие от Куделки, который оцепенел, боясь совершить какую-нибудь промашку.
Корделию посадили между графом Фортелой и лордом-протектором. Первый министр был, как всегда, обаятелен и прост в обращении, и застольная беседа не потребовала чрезмерных усилий. Корделия даже расхрабрилась и рискнула отведать всех подаваемых яств, за исключением жареного теленка, которого внесли целиком на огромном блюде. Обычно ей удавалось забыть о том, что на Барраяре белок не синтезируют, — он попадает в организм вместе с мясом убитых животных; во время астроэкспедиций она сама пару раз пробовала органическую ткань — в интересах науки. Но чтобы такое… Барраярцы встретили украшенный фруктами и цветами натюрморт аплодисментами, и повар, вышедший вслед за своим творением, раскланялся. Затем он ловко разрезал теленка, и слуги начали разносить гостям жаркое. Форкосиган выбрал порцию с кровью, и Корделия залпом выпила стакан воды.
После десерта и коротких официальных тостов, произнесенных премьер-министром и регентом, Карин увела Грегора спать, незаметно пригласив Корделию и Друшикко последовать за ними. Когда они вышли из огромного зала и поднялись в тихие личные покои императора, Корделию немного отпустила напряженность.
Грегора освободили от его мундирчика, и он нырнул в пижаму, снова превратившись во вполне обычного маленького мальчика. Дру проследила за тем, чтобы император почистил зубы, и в качестве особой поблажки согласилась сыграть с ним всего одну партию в какую-то местную разновидность шахмат. Карин, поцеловав сына, увела Корделию в гостиную, смежную со спальней. Здесь царил полумрак, в открытые окна из дворцового парка влетал ночной ветерок. Обе женщины со вздохом облегчения опустились на диван; принцесса скинула туфли, и Корделия тут же с радостью последовала ее примеру. Снизу, из темных аллей, доносились отдаленные голоса и смех.
— Сколько продлится праздник? — спросила Корделия.
— До рассвета — для тех, у кого хватит сил. Я уйду к себе в полночь, после чего за дело примутся любители выпить.
— Некоторые, похоже, выпили уже немало.
— К сожалению, — улыбнулась Карин. — Сегодня вы сможете наблюдать форов во всей их красе.
— Могу себе представить. Удивляюсь, почему вы не импортируете менее смертоносные средства воздействия на сознание.
Улыбка Карин стала жестче.
— Пьянство на Барраяре — это традиция. — Она немного смягчила тон. — По правде говоря, эти снадобья уже появляются, по крайней мере в городах, где есть космопорты. Но мы предпочитаем дополнять свои обычаи, а не заменять их.
— Вероятно, это самый правильный путь. — Корделия засмеялась, прикидывая, как бы поделикатнее сформулировать свой вопрос. — Скажите, ваше высочество, граф Вейдл Фордариан тоже относится к числу ревнителей
традиционного барраярского пьянства?
— Нет. — Карин настороженно сощурилась. — А почему вы спрашиваете?
— У меня с ним был очень странный разговор. Я подумала, не объясняется ли эта странность чрезмерной дозой этанола. — Она вспомнила прикосновение руки Фордариана к колену принцессы — почти интимную ласку. — Вы хорошо его знаете? Что он за человек?
Карин задумчиво сказала:
— Он богат… горд… Остался верен старому императору во время последних интриг Зерга, подкапывавшегося под отца. Он предан Барраяру, всегда был защитником интересов дворянства. В провинции Фордариана четыре крупных промышленных города, военные базы, склады, крупнейший военный космопорт… Война почти не коснулась тех мест — они были среди немногих, откуда