Осколки чести. Барраяр стр. 387
на двух женщин, взявших его в плен. Мотор взвыл сильнее, и машина стремительно помчалась в сгущающиеся сумерки.
Глава 16Контрабандные овощи. Корделия обалдело разглядывала мешки с цветной капустой и коробки с садовой блестяникой. Контрабандные овощи, доставляемые в Форбарр-Султан таким вот необычным способом — в старом фургончике на воздушной подушке. Стоит копнуть, и под этой кучей наверняка найдется несколько мешков кочанной капусты, с которой она путешествовала недели три тому назад, хотя и в противоположном направлении. Да, странные перемещения.
Провинции, контролируемые Фордарианом, были блокированы войсками лорда-регента. До голода было еще очень далеко, но цены на продовольствие в Форбарр-Султане подскочили до небес: жители делали запасы ввиду приближающейся зимы. Прибыль оправдывала риск. А те, кто занимается контрабандными перевозками, всегда не прочь прибавить к своему грузу несколько нелегальных пассажиров — за определенную плату.
Идея принадлежала Куделке: он перестал ворчать и поневоле присоединился к обсуждению маршрута. Именно Куделка разыскал в столице провинции Форинниса оптовые склады и обошел их все в поисках независимых перевозчиков. Вопросы о размере вознаграждения решал Ботари (на взгляд Корделии, оно было до смешного мизерным, но этого требовала роль, которую они теперь играли: отчаявшихся сельских жителей).
— Мой отец был бакалейщиком, — важно объяснил Куделка, уговаривая их принять его план. — Я знаю, что делаю.
Корделия не
сразу сообразила, почему он при этих словах бросил тревожный взгляд в сторону Друшикко, но потом вспомнила, что отец Дру был военным. Лейтенант и раньше рассказывал о своей сестре и о матери, но до этой минуты ни разу не поминал отца — видимо, стеснялся своего низкого происхождения.
Грузовик с мясом Куделка забраковал.
— Его мятежники обязательно остановят, — объяснил он. — Не упустят случая вытрясти из водителя побольше бифштексов.
Корделия не знала, на основании какого именно опыта он говорит — военного, торгового или того и другого. Но утешало уже то, что не придется путешествовать в компании тошнотворных мороженых туш.
Перед отъездом все переоделись. В ход пошло содержимое сумки и их собственная одежда. Ботари и Куделка должны были изображать только что уволенных в запас ветеранов, надеющихся немного подзаработать, а Корделия с Друшикко стали сельскими жительницами, присоединившимися к ним. Чтобы еще больше походить на нищих в одежде с чужого плеча, каждый нацепил вещи другого, не подходившие по размеру.
Корделия валилась с ног от усталости, но сон никак не шел. Невидимые часы у нее в мозгу продолжали отсчитывать секунды. Сюда они добирались два дня. Цель близка, но до успеха еще так далеко… Глаза вдруг непроизвольно распахнулись: их фургон резко сбросил скорость и тяжело опустился на землю.
— Выходим, — негромко объявил Ботари.
Они выбрались на пустынный тротуар. Стояла морозная предрассветная тьма, огней в городе было еще меньше, чем ожидала Корделия. Ботари махнул рукой, фургон снова взмыл в воздух и исчез за поворотом.
— Вот не думал, что мы доедем до самого Центрального рынка, — хрипло заметил сержант. — Шофер говорит, что в этот час тут вокруг полно полицейских — присматривают за разгрузкой.
— Они боятся голодных бунтов? — спросила Корделия.
— Несомненно. А еще им очень нравится выбирать продукты первыми, — ответил Куделка. — Фордариану скоро придется задействовать армию, иначе черный рынок перекачает всю еду из карточной системы.
В те минуты, когда Куделка забывал притворяться фором, он