Особенности разведения небожителей стр. 103
я уже и не помнил особо, отчего мои мозги встали в столь замысловатую позу из «Камасутры».
— Объясни, какой… бездны ты скрывался от на… от меня? — старательно спокойно сказал Янью, но кого он пытался обмануть? А то я не знаю, чего ему стоит это спокойствие и как на самом деле он хочет орать и дать в морду. Заслуженно… но держится. Ради меня. Приятно.
— Тут несколько причин. И первая из них, но не самая важная — я просто к этому привык. Привык прятаться от всего мира за завесой. Когда никто не знает о существовании сына повелителя бездны, это очень удобно. И развязывает
руки во многих аспектах, — начал я с самого безболезненного. И для меня, и для Янью.
— Знаешь, я все понимаю. — Янью повернулся и посмотрел мне прямо в глаза. — Все… про безопасность, про правильность. Одно никак не могу уразуметь. Я считал тебя своей семьей. А тебе привычка прятаться оказалась важнее… Значит, ты меня таким не считал?
— Вы моя семья, А-Ю. И в первую очередь я считал, что обеспечиваю именно вашу безопасность. Возможно, это детская глупость, да, — прервал я уже было открывшего рот брата. — Но мать убили именно из-за моего существования. Бездетная ранее, она никому не была нужна. А вот потенциальный наследник силы Тиньмо всегда будет тем, кого, во избежание, надо устранить как можно раньше. Не считаясь ни с какими потерями. Второй демон хаоса, знаешь ли, не нужен ни аду, ни небесам. Против вас просто встали бы всем миром.
— Ты мог не возвращаться. Мог продолжать прятаться и следовать своим планам. Но дать знать, что ты жив, ты тоже мог! Словами на бумаге, знаками через мысли, сотней способов! — Он все же сорвался, все повышал и повышал голос, в конце уже орал. — Просто! Дать! Знать! Что ты, с-с-су… жив! И попросить не мешать! Ты мог?! Хотя бы мне?!
Мог… я мог.
От его слов, от понимания, что он прав, стало так паршиво, что захотелось… захотелось схватить в охапку свою человечку, сбежать в море на пустынный остров и там сидеть, уткнувшись лицом между ее лопаток, спрятаться как маленькому и не быть какое-то время. Но все же…
— И ты спокойно бы сидел на своих шести хвостах? Не смеши меня, А-Ю, — хмыкнул я, материализовав перед собой небольшую ступку с кусочками скорлупы яиц фениксов. В другой руке появился пестик, и я начал монотонными движениями перетирать драгоценный ингредиент в порошок. Просто чтобы чем-то занять нервно подрагивающие руки. И чтобы было куда отвести взгляд.
— Если бы ты попросил — я бы сел на все хвосты и приковал себя цепями, чтобы лишним движением не навредить. Не дышал бы в твою сторону, — четко, чуть ли не по слогам, выговорил лис, сжав мое запястье и отбирая отвлекающий фактор. А потом заглянул мне прямо в глаза. — С ума сходил бы от беспокойства и сидел. Сидел! А не переворачивал бы Поднебесную от бездны до седьмого неба! Не рыдал ночами в подушку, потому что все вокруг говорили, что ты умер, а я все равно не верил! Не мог поверить!
— Не ори… — почти шепотом попросил я. — То есть ори, конечно…
Сказать следующие слова было труднее, чем прожить несколько