Остров спокойствия стр. 145
мать, Нат. И, конечно же, я ее уважаю.
– Вранье. Ты почти не общаешься с ней. Даже не потрудилась навестить ее в День матери.
– Ради бога, я ведь была в Нью-Мексико. Я звонила ей и прислала цветы.
– Считаешь, этого достаточно? Заказать цветы в Интернете?
Симона опустила голову.
– Скажи это маме и папе, – именно так они поступали по случаю всех моих выставок.
– Не пытайся сваливать на них вину! Тебе плевать на нее и на всех нас, в чем бы ты там ни убедила папу. Из-за тебя они поругались. Из-за тебя в день нашей помолвки мы с Гарри ужасно поссорились.
– Иисусе. Не жалей
водки, – сказала Симона бабушке.
– Не буду, не волнуйся.
– Вы двое! – крикнула Натали. – Сидите такие самодовольные здесь, в вашей альтернативной реальности. Ну а я живу в реальном мире. В мире, в который ты ворвалась незваным гостем, одетая черт знает как, и сумела изобразить жертву перед Гарри и папой.
– Я ничего не изображала. Если бы ты не солгала им обоим о том, что звонила мне, наверное, и проблем бы не было.
– Я не хотела тебя там видеть!
Симона это знала, но все равно ей стало больно.
– Ясно. Ну и попросила бы меня прямо.
– Ты злобнвя эгоистка и не думаешь ни о ком, кроме себя.
– Может, я и эгоистка по твоим меркам, но я не испытываю злобы. И если бы я ни о ком не думала, я не заехала бы к маме с папой, что в итоге поставило нас обеих в неловкое положение. А ты – мелкая врунья и трусиха и в своем «реальном мире» не желаешь за это отвечать. Иди к черту, Натали. Я не собираюсь быть боксерской грушей для тебя или мамы.
Сердце колотилось, руки дрожали, но Симона взяла стакан, который Сиси поставила на стойку перед ней, и насмешливо отсалютовала им сестре.
– Наслаждайся своей версией реальности, Нат. И оставь меня в моей.
Слезы в глазах Натали, казалось, закипели от ярости.
– Ты мне противна! Знаешь, ты кто?
– Догадываюсь.
– Ну все, девочки, – вмешалась Сиси. – Хватит.
– Конечно! Ты всегда на ее стороне!
Сиси заставила себя говорить спокойно и ясно.
– Я сейчас очень старалась не принимать ничью сторону, но ты меня вынуждаешь, Натали. Ты выпустила пар, так что…
– Я ничего не значу для вас обеих. Ты и ее настроила против меня! – закричала Натали Симоне. – Ненавижу тебя! Наслаждайтесь обществом друг друга!
Она повернулась, чтобы уйти, и, ничего вокруг не видя в своем ожесточении, столкнула статуэтку «Возникновение» с подставки, которую соорудила для нее Сиси. Под горестный вскрик Симоны статуэтка упала на пол. Прекрасное рождение радости, безмятежное лицо ее подруги разлетелось на четыре части.
– О Боже, о Боже! – Звук и вид разрушения превратили ярость Натали в горькое отчаяние. – Прости! Ох, Симона, прости меня. Я не хотела…
– Уходи, – прошипела Симона, чувствуя острую боль внутри. Она сделала над собой усилие и поставила стакан, чтобы избежать соблазна метнуть им в сестру.
– Симона, Сиси, мне очень, очень жаль. Я не могу…
Натали сделала шаг ей навстречу и протянула руку. Симона вскинула голову.
– Не подходи ко мне. Убирайся. Убирайся! – Симона вскочила и выбежала через заднюю дверь, пока вместо слов не решила пустить в ход