Осуждение истины стр. 37
нет.
Батуев курил сигарету, упрямо сжав губы. Потом, чуть успокоившись, спросил:
— При чем тут мои отношения?
— Это важно, — настаивал Абуладзе, — вы были с ней в близких отношениях?
Батуев оглянулся. Потом вполголоса спросил:
— Кто вам рассказал? Мошерский или Арнольд?
— Не важно. Вы были с ней знакомы?
— Она была девочкой по вызову. Ну а я раньше пользовался ее услугами. Несколько раз.
— Насколько раньше?
— До того, как она познакомилась с Арнольдом. Вообще она редко бывала в Москве, за последние полгода только три раза.
— И все три раза вы получали письма с одной и той же фразой: «Смерть придет к тебе». Немного не по-русски, вам не кажется? Так могла написать рассерженная женщина из Литвы, вообще не русская.
Батуев прикусил губу. Потом вздохнул и тихо спросил:
— Откуда вы узнали про письма?
— Догадался. Если мужчина трижды получает такое письмо, это уже не угроза, а настойчивое напоминание — либо оскорбленной женщины, либо разгневанного кредитора.
— Она считала, что я рассказал Арнольду о ее прошлом. Но я ничего не рассказывал. Во время ее последней поездки к нам мы встретились в ресторане и откровенно поговорили. Я все ей объяснил.
— Поэтому вы так спокойно сюда приехали?
— Да. Я не хотел никому рассказывать про письма, но Шаталов о них уже знал, и
мне пришлось делать вид, что мне действительно кто-то угрожает.
— После того как она вышла замуж, вы с ней не встречались?
— Нет, конечно. Я порядочный человек и не могу спать с женой своего компаньона. Это омерзительно, — поморщился Батуев. Он потушил одну сигарету, достал другую. — Знаете, я раньше был фарцовщиком. А у нас был свой кодекс чести. Вообще без кодексов чести в нашем деле нельзя. Мы не обманывали детей, одиноких женщин, держали свой процент. В общем, соблюдали установленные правила, не были «беспредельщиками». А иметь жену своего компаньона — это беспредел. За такие вещи отрывают конечности.
— Как вы думаете, кто мог толкнуть Эльзу Ференсас с веранды?
— Не думаю вообще. Скорее, моей жене могло это послышаться. Может, Эльза крикнула: «Меня не толкнули», а Рита услышала, что, наоборот, толкнули. В таком состоянии Рита могла и перепутать.
— А, может, именно она и толкнула хозяйку дома?
— Зачем ей убивать Эльзу? — испугался Батуев. — Что вы такое говорите?
— Я еще вчера за столом понял, что между вами была никому не известная встреча. Когда Ольга, которая обычно знает обо всех ваших мероприятиях, очень удивилась, узнав, что вы были в «Сирене» с Эльзой Ференсас. В свою очередь, та, поняв, что допустила глупую ошибку, вспылила и нахамила вашему секретарю. Возможно, Оля рассказала обо всем вашей жене, и та решила избавиться от опасной соперницы. Как вы считаете, такой вариант возможен? Ведь ревность — страшная штука, а я вчера слышал, как вы сказали супруге на лестнице, что она терпеть не могла Эльзу Ференсас.
— Я все рассказал Рите. Но я не говорил ей, что у нас были близкие отношения с Эльзой.
— И тем не менее, ваша жена могла из ревности толкнуть свою соперницу вниз.
— Нет, Рита не способна на убийство.
— Возможно. Но тогда нужно вычислить, кто именно мог столкнуть Эльзу Ференсас вниз и кому это было выгодно. Возможно, вам хотелось, чтобы никто не узнал об