Ох и трудная это забота – из берлоги тянуть бегемота. Книга 3 стр. 98
десяти верст, и кто бы мне раньше сказал, что я смогу так командовать засадой. Сижу я, значит, на высотке. Весь в маскхалате, как кикимора болотная, а внизу вьется дорога. Два бойца, такие же кикиморы, разбегаются влево и вправо на пять верст, и, значит, постоянно докладают, что там происходит, и если никакой угрозы нет, то я даю приказ засаде: «Здесь первый, седьмому, огонь по готовности. Как понял, прием?»
Ну, и если седьмой все понял, то, как говорит Грач: «Пипец котенку». Мне оставалось только слушать, как засадники распределяют цели и контролировать что там сообщат крайние наблюдатели. Это чтобы вовремя смыться, если со стороны кто-то нацелится к моим засадникам.
Но самое полезное, что мне дал Грач, это понимание: «Чтобы ты ни видел, никогда не забывай, что, возможно, тебе это показывают намеренно, а истина она другая».
Через неделю, к нам прибыло пополнение из дончаков. Скажу как на исповеди — досталось мне изрядно, пока я эту анархию не привел к боевой единице. Знамо дело, никто у них коней отбирать не собирался, но в разведке на коняшке пройдешь не везде. Я это понял еще пока воевал с Грачем хунхузов, а пока до донских долдонов достучался, кровушки они моей напились, как те пиявки болотные. Некоторые из них оказались несогласные, но таких я отчислил, зато оставшиеся политику партии и правительства поняли как надо. Про эту политику я запомнил еще от Михи Самотаева. Кстати, а Миха к нам приезжал. Поначалу мне показалось, что зазнался. Как же, член Государственной Думы это вам не кот нассал, но Миха, как признал меня, тут же кинулся обниматься. Он-то мне и поведал, что создается фронтовая разведка, а выход, к которому нас готовят, будет с диверсией и просил попусту не геройствовать.
Фронт мы прошли болотами южнее Вольки Пасечной, интересные у них тут названия. Шили с проводником, который вывел нас в глухомань лесную под Цишево. Здесь-то я и познакомился с Вороном. Это командир здешних разведчиков. По говору — из местных. Он-то нам задачу и уточнил:
— Сейчас, Аким, занимайся разведкой местности, но чтобы ни один германец не насторожился, а как пройдет сигнал, то надо будет тебе дождаться подрыва состава с ядовитым хлором и двигать за облаком, уничтожая по пути все что можно, но особенно орудия и боеприпасы.
О газе я догадался аккурат в тот день, когда Грач нам поведал, для чего нужны противогазы, и как ими пользоваться, но виду я не показал. Вот и стали мы разведывать, да так, что за две недели ползанья на брюхе стали кикиморами без всяких маскхалатов. Теперь нами только детей пугать, зато в округе знали каждую тропку.
Последнюю неделю мы по большей части отдыхали, хотя издали, конечно, поглядывали, и вот пришел тот самый день, ради которого понялась вся эта суета. Это когда пришло сообщение, что в ночь с 11-е на 12-е июля нам надо ждать состава.
О том, что взвод дончаков свою задачу у прусского Лика выполнил, я узнал, когда состав с хлором прошел Граево. Дончаки сейчас отходят на северо-восток, а нам надо ждать состав в двух верстах северо-восточнее Цемношие. Почему северо-восточнее? Да потому, что оттуда задуло еще с вечера, и идти