Пароль «Аврора» стр. 200
толком, для чего нужны реактивы, и вполне вероятно, что мы сами вам поможем. – Он посмотрел на Джека. Раздельно, с нажимом, проговорил: – Мальчик. Я не обманываю. Ты же слышишь.
– Слышу, – непонятно кивнул Джек. – Только ты здесь не один… Але, красавица! – крикнул в сторону рубки. – Не психуй, морщины будут! Лучше люк открой.
– Скоро рассвет, – напомнил Григорий Алексеевич. – Ты не успеешь до дома добраться.
– А вот это не твоя печаль. Открывайте!
Джек исподлобья смотрел на врача. И вдруг, вскрикнув, упал. Вадим Александрович сумел-таки нащупать в кармане шокер.
***
Адапта заперли в изоляторе – небольшой клетушке с привинченной к полу кроватью и унитазом в углу. К потолку над кроватью крепилась металлическая штанга. По штанге скользили тросы, от ручных и ножных кандалов – длина тросов позволяла арестанту лечь на кровать или доковылять до унитаза. За все годы существования Бункера изолятор использовался впервые.
Вадим рвался допросить «вора» немедленно, но Елена сумела настоять на своем – какие могут быть допросы после всего пережитого! Адапт никуда не денется, а полузадушенному Вадиму надо прийти в себя. Она подождала, пока Григорий поставит ему капельницу с витаминным раствором, содержимое колбы должно было задержать Вадима в клинике не меньше, чем на час, и побежала в изолятор.
– Зачем ты это сделал?!
– Чё? – Сидящий на кровати адапт старательно изображал умственно отсталого.
– Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Для чего тебе понадобились реактивы?
Адапт не ответил. Затряс головой.
– В твоих интересах говорить правду. Если не скажешь добровольно, я вколю тебе пентотал!
Адапт снова встряхнул головой. Приложил к уху ладонь:
– Чё?
– Не придуривайся. Сыворотку правды.
– Не слышу. – Парень встал. – Уши заложило… Чего свистишь?
Елена подошла ближе.
– Отвечай на мои вопросы, – четко, раздельно повторила она, – это в твоих интересах.
Вместо ответа адапт запрыгал – тряся головой, словно выливая из уха воду. Проорал:
– Ни хрена не слышу!
Елена подошла ближе. Тронула парня за плечо, чтобы прекратил прыжки. Нигде не читала о такой реакции на электрошок, как потеря слуха, но к адаптским организмам учебники вообще малоприменимы… Светлые глаза адапта сверкнули нахально и довольно. Парень поднял скованные руки, схватил Елену в кольцо.
– Ух, как соскучился! – и впился губами в губы.
Пропажу пропуска с тем, что произошло три месяца назад между ней и адаптом, Елена не связала. А негодяй успел, видимо, обшарить ящики стола, пока Елена принимала душ. Спохватилась она только через неделю, в хранилище выбиралась нечасто. Решила, что карточка затерялась в комнате, и попросила Тимофея изготовить дубликат.
– Отпусти! – Елена уперлась ладонями адапту в грудь. – Ты украл у меня пропуск! Как ты мог?
– Дак, я бы отпустил – руки связаны. – Парень позвенел у нее за спиной наручниками. – Расцепи, а?.. Хоть потискаю как следует. А то, когда еще получится.
– Как ты посмел! – Елена дергалась в кольце его рук. – Ты ведь мог забраться ко мне в комнату, когда меня там не было! Двери мы не запираем!
– Прости, лапушка, – адапт поцеловал ее в щеку. – Торопился шибко. Да к тому же – и мне польза была, и тебе удовольствие. Скажешь, нет?
– Для чего ты грабил хранилище?! Как убедил Дашу помогать?!
Парень ухмыльнулся.
– У меня убеждать – один способ. Старый, зато действенный.
– Неправда! Дашу ты не