Пастыри. Черные бабочки стр. 100
спрашивать ребят сразу пропало.
Когда сковородки опустели, а лица сидящих за столом сыто залоснились, граф принес из гостиной самовар и водрузил его посреди стола.
— А вот кому чайку горяченького? — натянуто улыбнулся он.
— С-спасибо… клоня пятине божьей! — ответил за всех Игорь-Коловрат, поклонился и встал. Следом за ним поднялись и остальные трояндичи.
— Ребята, а хотите, в цирк сходим? — вдруг сказала Яна. Просто так сказала. Как бы между прочим. Негромко.
Но в комнате словно ярче вспыхнул свет. Все вздрогнули от синхронного движения гостей. Пять пар глаз уставились на Коваленкову.
Голубые. Карие. Черные. Серые. Желтые.
— Ц-цирк? — запинаясь, прошептала Ния, и ее губы дрогнули.
Это было похоже на колдовство. С трояндичей на мгновение как будто осыпалось все то, что долгие годы заковало души этих несчастных детей в крепчайшую броню. Страх, жестокость, цинизм, кровавый опыт многочисленных убийств и жутких боев безо всяких правил.
Лучик света из прошлого осветил их, и дети вновь стали детьми. Настоящими, милыми и ранимыми подростками, умеющими удивляться и радоваться.
Хрупкая тишина звенела. У Наташи-Алисы подозрительно заблестели глаза. Костя-Вий сморгнул и отвернулся.
Илья неуклюже развел руками и с воодушевлением зачастил каким-то фальшивым, пионервожатовским голосом:
— Ну да! Цирк! Клоуны! Медведи! Воздушные гимнасты! Фокусники! И еще…
— Ты все испортил, Привалов… — прошептала за его спиной Яна
и тихонько всхлипнула.
— Че мы не лукали в вашем цирке! — выпятив челюсть, буркнул Марат-Субудай. Он первым погасил в себе то сияние, что озарило глаза ребят. Следом за ним высказался и ватажник. Конкретно высказался:
— Неха сосунцы цирку дивят, висий молот! Нам чалить шнягу на торый насад пора! — и Коловрат, сурово сдвинув брови, шагнул к двери.
— Ага, ага, — подхватил Вий, деланно улыбаясь. Он вывернул веки, и жутко пятная всех кровавой изнанкой глазниц, добавил на смеси русского и чужого: — Загостились мы, й-бишкин ствол! На мякухе сидя, гнидник не загасишь! Смарагдоокий, затынь полуки. Разговор есть.
Илья скривился и тяжело вздохнул. Граф, пряча глаза, хлопнул его по плечу и вышел из столовой следом за трояндичами, нарочито топая. За ним потянулись остальные. Последним уходил Громыко. В коридоре он замер, пристально глядя в спины гостей, но встретившись глазами с обернувшимся Вием, поспешил в гостиную и закрыл за собою дверь…
* * *Когда трояндичи, окружив себя волосяными контрольками, силками-растяжками и запершись на все замки, угомонились, отойдя ко сну, в гостиной, за пустым столом, собрался военный совет.
Вопросов на повестке дня стояло немного, и главный из них звучал так: «Где Троянда, как его найти и что с ним делать?» Дополнительными, но тоже важными темами для обсуждения сыскари посчитали следующие: «Как оно все так получилось?» (авторство Громыко), «Как это все на нас и нашем мире отразится?» (Илья) и «Что теперь делать с этими сорокалетними мальчиками и девочками?» (граф Торлецкий).
На всякий случай дверь оставили открытой, а в глубине комнаты в кресло усадили Митю. Усадили так, чтобы он мог видеть весь коридор до самой оружейной. Доверие доверием, но когда у тебя гостит бригада профессиональных убийц, пусть и избавившихся от колдовского морока, никакая предосторожность не окажется лишней…
Граф, довольно долго общавшийся с трояндичами, для начала поделился с остальными тем, что ему удалось узнать:
— Понятное дело, господа, что мои вопросы касались